Глава 13
Терджан вернулся к выходным и привез мне подарки. Ворвался в мою комнату вечером в пятницу — я как раз приняла душ после посещения тренажерного зала и едва успела накинуть халатик. Глаза Терджана вспыхнули, а на щеках выступил темный румянец.
— Я подожду… — сдавленно проговорил он, — за дверью.
Я надела длинное розовое шифоновое платье с кокетливыми разрезами на плечах. Заметив их, хотела переодеться, но решила, что невежливо заставлять друга ждать под дверью. Он, наверное, и так устал в дороге.
Я не успела выйти в коридор — только приоткрвла дверь, — как оказалась в пряно пахнущих объятиях — даже голова закружилась, не знаю, от чего больше: от нехватки воздуха или избытка ароматов в нем.
— Я скучал по тебе, — шепотом признался Терджан на своем языке, но я его поняла.
— Ты, наверное, устал, — ответила я тоже на нем — сильные руки, кажется, сдавили меня еще сильнее.
Я пронзительно пискнула. Объятия тут же разомкнулись, серьезные карие глаза внимательно осмотрели меня с головы до ног.
— Ты выглядишь очень красиво, — процедил Терджан сквозь зубы уже по-английски. — Я и не думал, как приятно услышать слова на моем языке из твоих уст.
— У меня, наверное, жуткий акцент, — смущённо потупилась я.
— Это совершенно не важно. У тебя такой нежный голос, он просто создан для того, чтобы говорить, на всех языках мира.
Я попыталась отвернуться, чтобы справиться с волнением, но мужчина не пустил меня.
— Не бойся, — напомнил он.
— Да, — кивнула я. — Терджан, я хотела поблагодарить тебя за все… Мне намного легче теперь, из-за этой работы… И это только твоя заслуга.
Он улыбнулся, и насмешливые искорки заиграли в его глазах.
— Тогда пойдем! — Он протянул мне руку и повел куда-то по коридору.
Попетляв по дому, мы пришли в уже знакомую мне кухню, только теперь там не было ни одной живой души — только мы с Терджаном и большой пакет посреди стола. Мой друг сделал приглашающий жест рукой, я приблизилась к мешку и заглянула внутрь. Там оказались удивительные вещи.
Бутылка кваса. Терджан достал из шкафчика два стакана и налил нам по половинке. Я стукнула своим кубком о бокал мужчины и сказала по-английски:
— За дружбу.
Терджан приподнял брови, но последовал моему примеру и сделал глоток, а потом наморщился:
— Какой странный вкус!
— Это хлеб, перебродивший в воде. Как виноград в вине.
— Оооу! — мужчина нахмурился ещё сильнее и отставил стакан подальше: — Так это алкоголь?
— Неет, там почти нет крепости. А что, ты категорически не пьешь алкоголь?
— Бог запретил употреблять спиртные напитки.
— О, да, ваш строгий Бог…
— А ты пьешь?
— Иногда бывает. Редко и немного, но… порой это приятно. Если в хорошей компании. Он очень помогает расслабиться, знаешь, стряхнуть напряжение…
Терджан замер, кажется, сосредоточенно обдумывая мои слова.
— Таак, что тут у нас еще… — пробормотала я, заглядывая в пакет.
Там была банка сметаны, пакет репы, кусок копченого сала в вакуумной упаковке. Я от души веселилась, выкладывая все это на стол.
— Что это? — спросил Терджан, взяв в руки сало.
— Это жир свиньи.
Он бросил упаковку прямо на пол и принялся мыть руку под краном. Я без слов поняла, что жир свиньи тоже под религиозным запретом.
— Почему ты сам не знаешь, что в этом пакете? — спросила я своего друга со смехом.
— Да, я не смог вырваться, пришлось отправить слугу. Сказал ему купить русских продуктов. Он пошел в специализированный магазин и набрал там всего подряд без разбора…
Я выбросила сало в мусорное ведро и взялась за репку.
— Это подземный овощ, как картошка или морковь, только немного острее. Хочешь попробовать? Или корнеплоды Бог тоже запретил употреблять?
— А в белой книге об этом не написано? — Терджан сложил руки на груди.
— Нет, я, может быть, еще не дошла до гастрономического раздела…
— А ты, вообще, читаешь ее?
— Да, но совсем понемногу. Честно признаться, Оливер Твист интереснее. Но мистер Калгун очень помог мне в непростые времена, и я благодарна ему за это.