С наслаждением проводила руками по его телу, трогала плечи и грудь. Он был без рубашки, и это вызывало упоение и трепет, огонь во мне разгорался ещё сильнее. Закалённые тренировками мышцы перекатывались под моими пальцами.
Когда мои руки погладили торс, задевая край брюк, он рыкнул и снова накрыл мои губы.
Не хочу, чтобы это останавливалось. Хочу большего. Хочу его. Целиком.
Стук в дверь всё разрушил.
Наваждение мгновенно схлынуло.
— Дрейган, дорогой, я забыла в твоём кабинете …
— Я, демоны тебя дери, занят! — грубо перебил свою невесту.
Он со злостью ударил по стене так, что посыпалась штукатурка. Мора ещё что-то хотела сказать, но кабинет окутала магия, не пропускающая звуки. Нехотя он поставил меня на пол, но не отошёл, а опёрся руками по обе стороны от меня. Мы дышали тяжело.
Я избегала его взгляда, пыталась собрать мысли в голове и понять, что сейчас произошло. Сам поцелуй и тот поток тёмной энергии, который наполнил меня. Я опять подпиталась им, но это были другие ощущения. Совсем другие.
— Лаура, я… — качнула головой прерывая его.
— Нет, — прошептала, поднимая на него глаза, — Дрей, ты не понимаешь. Я… — сглотнула, — я не могу. Пожалуйста, оставь меня. Я действительно не могу. Я не смогу выдержать, если в этих невероятно прекрасных голубых глазах вспыхнет ненависть и презрение. А это непременно случится, когда он узнает кто я. Лучше расстаться сейчас, пока я ещё могу это сделать. Пока мое покрытое сеткой трещин сердце не развалилось полностью.
Мои вещи влетели в мои руки, и я исчезла в портале. Из-за волнения меня выбросило совсем не там, где мне нужно было.
— Лаура?
Магистр Грот, чей покой я сейчас случайно нарушила, сидел в кресле с крайне удавленным лицом. Рядом на столике стояла дымящаяся чашка с кофе, а перед ним парила газета. Уютная, но скромная обстановка дала понять — я всё ещё в академии, и это дом магистра. Сам он выглядел по-домашнему, в льняных штанах и в свободной белой рубашке.
— Магистр Грот. Вы предлагали мне чай? — не растерялась я.
Оглядев меня, мужчина стремительно встал.
— У вас всё в порядке? — отчего-то осторожно спросил он.
Я думаю, его беспокойство можно было понять. Потому что мы виделись всего пару часов назад, и мой внешний вид разительно отличается оттого, что было.
Мокрое платье прилипало к телу, с волос капает вода. А лицо… покраснело, губы опухли от поцелует.
— Да. Эмм… почти… насколько это возможно. — улыбнулась одним уголком губ.
— Что случилось?
Спустя мгновение, я уже стояла полностью сухая, и магистр протягивал мне чай. Восхитилась его скоростью и владением магии.
— Я … упала в озеро
Глава 12
— Что-то ты совсем неважно выглядишь. Ты не заболела? — Лизи с беспокойством заглянула в глаза.
— Нет. — сказала тихо, помешивая кофе, — Всё нормально.
— Я не был бы так уверен. Тебе к лекарю нужно. Я сегодня зайду и отведу тебя. — сидевший рядом Дан нахмурился.
Не приложу ума, почему мы сидим на улице. Холодный осенний ветер пробирается сквозь полы пальто, заставляя ёжится, вихрем проносится над головой, выбивая пряди волос из собранной причёски. До начала зимы осталось совсем немного, а я уже мёрзну так, словно меня посадили в снег.
Низкое пасмурное небо давит, готовое обрушить на нас весь свой гнев. Пахнет дождём и сыростью.
Ненавижу осень, в который раз убеждаюсь в этом. Вижу, как мимо пробегают люди в плащах, кто-то закрывается зонтами, кто-то магией отгоняет от себя капли моросящего дождя. Жёлто-красные листья падают и прилипают к влажной земле, вслед за тем и вовсе превращаются в кашу, после десятка торопливых ног.
— Не нужно, я просто устала. Много работы, учёба. — и, похоже, большие проблемы, добавила уже мысленно, плотнее запахивая пальто и зарываясь в воротник.
— Может, возьмёшь академический отпуск? — в разговор вмешался Марк.
Я давно думала об этом, но не решалась. Единственная загвоздка — ректор. Только у него можно получить желанный отпуск.
Но выбора у меня не оставалось. Если продолжу так и не решая свою проблему, мне грозит отчислением.
Меня до дрожи пугало странное поведение потока энергии. Я не могла восполнить свой резерв в нормальном объёме. Она словно стала мне чужеродной, не усваивалась в моем теле и быстро покидала его. Едва хватало на необходимый для жизни минимум.
Страшила неизвестность. Невозможность спросить у кого-то, попросить помощи. В который раз, окружённой людьми почувствовала себя невероятно одиноко и тоскливо. Дыра в груди с каждым днём разрасталась всё больше.