— Ничего себе⁈
Только и смог выдавить из себя удивлённый полковник Энвальд.
— Господин полковник, не всегда есть возможность вплотную подобраться, к вражескому часовому, что бы снять его ножом или просто оглушить, в таких случаях такие бесшумные револьверы будут в самый раз, но и кроме этого, может возникнуть ситуация, когда охотникам придётся принять бой в ограниченном пространстве, к примеру в помещениях, и тогда многозарядное и короткоствольное оружие будет самое то. Посудите сами, длинноствольные винтовки в зданиях не очень удобны, порой с ними даже развернуться будет невозможно, да и перезарядка после каждого выстрела тоже может стать критичной. Семизарядный револьвер в такой ситуации намного предпочтительней. А что по австрийским винтовкам, то тут целых две причины в пользу их выбора. Во-первых, у охотников не будет проблем с боеприпасами, они всегда смогут пополнить свой боекомплект за счёт трофейных патронов, а во-вторых, в случае, если им придётся вести бой, то когда слышны звуки выстрелов только своего оружия, противник будет не так насторожен, как если услышит звук выстрелов своих и вражеских винтовок. Если слышны звуки выстрелов вражеских винтовок, то многие вражеские подразделения вполне могут пойти проверить, что там такое, вдруг требуется помощь, зато если стреляют только свои винтовки, то всё в порядке, камрады справятся сами, ведь сопротивления считай нет, раз противник не отвечает.
— Вот стервец, ты штабс-капитан на всё нашёл ответ, ладно, вроде всё правильно, но всё равно вначале надо было всё согласовать с начальством.
— Виноват господин полковник, но всё это я делал во время отпуска, а потому и не мог заранее согласовать с вами.
— Хорошо, пошли в штаб, там договорим.
— Прапорщик, ждите меня тут. — Приказал я Разину, всё равно они тут ни чего не знают, а так потом, когда меня наконец отпустит полковник, вместе и двинемся в расположение моей роты.
— Итак, штабс-капитан, почему вы решили собрать охотничью команду, вам в принципе она не положена по статусу, вы командир роты, даже не батальона.
— Господин полковник…
— Давайте без чинов Святослав Константинович.
— Хорошо Евгений Васильевич. Когда лежишь в госпитале и малейший шум вызывает у тебя головную боль, как впрочем и движение, то занять себя нечем, даже чтение недоступно, вот и начинаешь думать обо всём. Нам крайне не хватает разведки, это у казаков есть их пластуны, а у нас в пехоте, только крайне немногочисленные охотничьи команды. Сформировать такую команду на месте не так легко, всё упирается в кадры. Где взять подходящих для этого людей, тут ведь кого попало в неё не пошлёшь. Когда я был дома на окончательном излечении, то говорил на эту тему с другом отца, отставным генералом, вот он и посоветовал мне одного человека, с богатым жизненным опытом. Прапорщик Разин, он в юности успел повоевать на Англо-Бурской войне и имеет хороший опыт партизанской войны, это как раз то, что требуется командиру охотничьей команды, он же и других людей в команду подбирал, а также три снайперские пары.
— Это вроде, как меткие стрелки у англичан?
— Да, они самые, выбить командный состав у противника или пулемётные расчёты, это самое-то во время и наступления и обороны.
— А вы не находите Святослав Константинович, что это не совсем по джентельменски, отстреливать командный состав противника с расстояния.
— Но ведь англичане этим не гнушаются, так почему и мы не можем действовать также.
— Но офицерская честь!
— Вспомните Дениса Давыдова, он не заморачивался тем, что бить французов в тылу, это умаление офицерской или дворянской чести. По моему разумению, если ты бьёшь врага своего народа и страны, то все способы хороши.
— Боюсь, что не все офицеры нашего полка вас поймут.
— И чёрт с ними, мне с ними детей не крестить, а для меня главное. это и поставленную мне боевую задачу выполнить и своих людей при этом сберечь.
— Вы так печётесь о своих солдатах?
— Можете считать меня жутким циником и прагматиком, но от моих солдат в немалой степени зависит и моя жизнь. Я крайне заинтересован, что бы хорошо обученные и подготовленные солдаты не гибли, ведь им на смену пришлют желторотых новичков, которых ещё надо будет всему учить, а учитывая войну, большая их часть будет гибнуть, так и не научившись всему, а потому и следует беречь опытных солдат. Как видите, ничего кроме голого расчёта и собственной выгоды у меня нет. Ну и наконец ещё один фактор, когда меня ранило, то мои солдаты меня вынесли, а кого другого могут и оставить, или вообще добить. Если я наказываю своих солдат, то всегда только за дело, они это знают, я для них, хоть и строгий, но справедливый командир, а потому они никогда меня не бросят или тем паче в спину не выстрелят.