В этот день Тиффани, поддев лишнюю пару носков, чтобы избежать нечаянного озеленения, отправилась вместе с нянюшкой «обходить дома», как это называли ведьмы.
— Ты ведь ходила по домам с госпожой Вероломной? — спросила нянюшка.
К горам со всех сторон стягивались пухлые тяжёлые тучи. Ночью наверняка выпадет ещё больше снега, чем вчера.
— Да. И с тётушкой Вровень, и с госпожой Жилетт.
— И как, нравилось оно тебе? — Нянюшка плотнее запахнула плащ.
— Иногда. То есть я знаю, почему мы этим занимаемся, но порой кажется, что нет уже никаких сил терпеть человеческую глупость. А вот лечить людей мне очень даже нравится.
— Недурно разбираешься в травах небось?
— Нет. Я очень хорошо разбираюсь в травах.
— А ты не скромничаешь, да? — усмехнулась нянюшка.
— Если бы я не понимала, что очень хорошо разбираюсь в травах, я была бы полной дурой, госпожа Ягг, — сказала Тиффани.
— Это верно. Хорошо. Хорошо, когда в чём-то хорошо разбираешься. А теперь давай окажем небольшую услугу…
…одной старушке, которую надо было помыть, насколько это возможно при помощи двух латунных тазов и тряпок. И это было ведьмовское дело. А потом они навестили женщину, которая недавно родила, и это тоже было ведьмовское дело. А потом — человека со страшной раной на ноге, и нянюшка сказала, что нога очень хорошо заживает, и это тоже было ведьмовское дело. А потом они отправились к нескольким домишкам далеко на отшибе, зашли в один из них и поднялись по узкой деревянной лестнице в тесную спальню, где какой-то старик выстрелил в них из арбалета.
— Что, старый чертяка, не сдох ещё? — весело приветствовала его нянюшка. — Выглядишь молодцом. Зуб даю, парень с косой забыл, где ты живёшь!
— Пусть приходит, я только того и жду, госпожа Ягг, — оскалился в ответ старик. — Уж если мне придётся помереть, я и его с собой прихвачу!
— А это вот Тифф, она на ведьму учится, — сказала нянюшка, повысив голос. — Тифф, это господин Конщавел… Тифф? — Она прищёлкнула пальцами перед лицом Тиффани.
— А? — отозвалась Тиффани. Взгляд её застыл от ужаса.
Звук спущенной тетивы, раздавшийся, когда нянюшка открыла дверь, сам по себе здорово её напугал. Но Тиффани на миг показалось, что стрела пронзила нянюшку Ягг насквозь и застряла в косяке.
— Как тебе не стыдно, Билл, стрелять в девочек, — пожурила старика нянюшка, взбивая его подушки. — И госпожа Лозоход жаловалась, что ты всякий раз в неё стрелы пускаешь, когда она приходит тебя навестить, — добавила она, опуская свою корзинку на пол возле кровати. — Разве так поступают с почтенной женщиной, которая приносит тебе еду, а? Стыдись!
— Прости, нянюшка, — смутился старик. — Просто она тощая и ходит в чёрном. Немудрено и ошибиться, впотьмах-то.
— Старина Конщавел лежит и ждёт Смерть, Тифф, — пояснила нянюшка Ягг. — Госпожа Ветровоск помогла устроить для него ловушки и сделать особые стрелы, верно, Билл?
— Ловушки? — шёпотом переспросила Тиффани.
Нянюшка подтолкнула её локтем и показала на пол. По всему полу щетинились страшные зубастые капканы. Все они были нарисованы углем.
— Верно я говорю, Билл? — повторила нянюшка громче. — Она помогла тебе с капканами!
— Помогла! — подтвердил господин Конщавел. — Ха! Не хотел бы я разозлить эту женщину!
— Правильно, так что больше не стреляй ни в кого, кроме Смерти, договорились? А то матушка не будет тебе помогать. — Нянюшка поставила на старый деревянный ящик, служивший столиком у кровати, бутылку. — Твоё зелье, только что сваренное. Где она держит твою боль?
— Прямо тут, над плечом, нянюшка. Там она меня совсем не беспокоит.
Нянюшка прикоснулась к плечу старика и, казалось, на минуту задумалась.
— Такая бело-коричневая загогулина? Вытянутая малость?
— Точно, нянюшка. — Старик потянул пробку из бутылки. — Корчится там, а я знай себе посмеиваюсь.
Он откупорил бутылку, и комната наполнилась запахом яблок.
— Она уже немаленькая, и растёт, — сказала нянюшка Ягг. — Матушка Ветровоск зайдёт вечером и заберёт её.
— Твоя правда, нянюшка. — Старик наполнил свою кружку до краёв.
— Только постарайся уж в неё-то не стрелять. Она от этого только злится.
Когда они выбрались из лачуги Конщавела, снова пошёл снег. Большие пушистые хлопья падали с неба и останавливаться не собирались.
— На сегодня вроде всё, — объявила нянюшка Ягг. — Мне ещё надо повидать кой-кого в Ломте, но это уж завтра, на метле полетим.
— Стрела, которую он выпустил в нас… — начала Тиффани.
— Воображаемая, — улыбнулась нянюшка.