Наконец из-под груды нарезанного хлеба и свинины показалась рука, а потом наружу выбралась и вся нянюшка. Она задумчиво жевала.
— Хмм, а эти-то без горчицы… Ну что же, зато у всех в округе сегодня будет плотный ужин. А я ещё и супу вдоволь наварю, — сказала она. — Только в следующий раз, прежде чем так делать, лучше выйди на воздух, ладно?
— Мне это совсем не нравится, — резко сказала матушка Ветровоск. — Откуда всё это взялось? Волшебная еда никого не может накормить!
— Она не волшебная, она божеская, — возразила нянюшка. — Ну, типа ванны небесной. Думаю, это всё делается прямо из небесного свода.
«В действительности рог изобилия представляет собой не более чем овеществлённую метафору безграничного плодородия природы», — прошептал доктор Хлопстел в голове Тиффани.
— Чушь! Ванны с неба не падают! — фыркнула матушка.
— Это в заграницах случилось, ещё в давние времена, — сказала нянюшка и повернулась к Тиффани: — На твоём месте, милочка, я бы завтра взяла эту штуку и отправилась в лес посмотреть, что ещё она умеет. Кстати, прямо сейчас я бы не отказалась от свежего винограда, если ты не против.
— Гита Ягг, это рог изобилия, имущество богов, а ты хочешь использовать его, как… как кладовку! — возмутилась матушка. — Хватит с меня того, как ты тогда из-под ног Тиффани пыталась себе кусок урвать!
— Но рог — он же и есть кладовка, — с невинным видом ответила нянюшка. — Вроде как место, где хранится будущий урожай.
Тиффани очень осторожно положила рог обратно на стол. Он упорно казался ей каким-то… живым. Не верилось, что это всего лишь волшебное орудие. Он словно прислушивался к тому, что происходило в комнате.
Едва коснувшись стола, рог стал съёживаться, пока не уменьшился до размеров небольшой вазочки.
— Звиняйте, мадамы, — сказал вдруг Явор Заядло. — А пиво оно делать могёт?
— Пиво? — рассеянно повторила Тиффани.
Раздалось шипение. Все взгляды обратились на вазу в форме рога. Коричневая жидкость хлынула через край.
Тогда все взгляды обратились на матушку Ветровоск.
Матушка пожала плечами.
— Что вы на меня-то смотрите? — сморщилась она. — Всё равно же выпьете…
Рог и правда живой, подумала Тиффани, когда нянюшка кинулась за кружками. Он учится. Он уже выучил мой язык.
Около полуночи Тиффани проснулась оттого, что на груди у неё стояла молодая белая курочка. Отпихнув её, Тиффани села и стала шарить ногами по полу в поисках тапок, но нашарила только кур. Затеплив свечу, она увидела, что шесть курочек топчутся в ногах кровати. Пол был весь в курах. И лестница тоже. Курочки кишели в каждой комнате внизу. Кухню они затопили полностью и забились даже в раковину.
Они не шумели, только время от времени издавали тихое «ко-ко-ко», какое издают куры, когда не очень-то понимают, что происходит, то есть практически постоянно.
Куры упорно ковыляли прочь из кухни, чтобы дать дорогу другим. Ко-ко-ко. Потому что рог изобилия, который сделался размером чуть больше курицы, выплёвывал по курице каждые восемь секунд. Ко-ко-ко.
На глазах у Тиффани очередная курочка приземлилась на гору сандвичей. Ко-ко-ко.
Эй сидела на роге изобилия, вид у неё был глубоко озадаченный. Ко-ко-ко. А посреди кухни похрапывала в кресле матушка Ветровоск, окружённая толпой восторженных курочек. Ко-ко-ко. Если не считать храпа, кудахтанья со всех сторон и шарканья куриных лап, было тихо. Кухня в свете свечи казалась очень мирной. Ко-ко-ко.
Тиффани сердито уставилась на кошку. Кошки трутся головой обо всё подряд, когда хотят, чтобы их накормили, верно? Ко-ко-ко. И мяучат. Ко-ко-ко. А рог изобилия учится понимать языки… Ко-ко-ко.
Тиффани прошептала:
— Хватит кур, — и через несколько секунд куриный поток иссяк. Ко-ко-ко.
Но она не могла просто повернуться и уйти. Тиффани легонько потрясла матушку за плечо и, когда та проснулась, сказала:
— Хорошая новость — нам больше не надо думать, куда девать гору сандвичей… Э-э…
Ко-ко-ко.
Глава 9
ПОВОРОТ НА ВЕСНУ
На следующее утро резко похолодало. На землю спустился тот одуряющий, мертвящий холод, который, кажется, способен заморозить огонь в камине.
Тиффани направила метлу вниз и приземлилась в лесу в некотором удалении от нянюшкиного дома. Метель сюда не заметала, но снежный покров был глубиной Тиффани до колена, а из-за мороза он схватился ледяной коркой, которая хрустела у неё под ногами, как чёрствый хлеб.