- Что мы будем делать, брат? - голос Арлена прозвучал хрипло.
- Нужно вернуть Ламию.
Арлен кивнул:
- Думаю, она подчинится Зову, но только на более близком расстоянии.
- Там Проклятая, она не позволит Софии прийти на Зов. - Леон смотрел на пламя в печи.
- Почему ты не убил ее? - Арлен буравил взглядом спину Леона.
Темный Господин ощущал на себе этот тяжелый взгляд. Леон подозревал, что брат не поверил ему, когда тот сказал, что не нашел Джулию.
- Тебя влечет судьба Милана Атридеса? Неужели эта девушка тебе дороже возможности жить вечно? Дороже меня? - чуть тише добавил Арлен.
- Я не могу объяснить себе, Арлен, почему. - Леон так и не повернулся к брату, в его глазах играли отблески пламени.
- Хочешь знать, что со мной происходит? - Арлен продолжил, не дожидаясь ответа брата. - Каждый новый день я встречаю с болью, все мое тело, каждый мускул, каждая кость болит, даже вены в моем теле гудят от усилий, когда я передвигаюсь. Свет солнца оставляет на моей коже ожоги. - Вампир поднял дрожащие ладони, он посмотрел на них и в бессилии опустил руки на грудь. - Чтобы восстановить потраченные силы я должен пить кровь, но теперь все больше и больше крови. Но это уже не волшебный эликсир бессмертия, яркий пьянящий напиток, это алая жидкость, которую мое горло отказывается принимать. Да, я не могу пить кровь, чтобы мой организм не отторгал эту пищу, мне нужна самая молодая, самая свежая кровь. Кровь человеческих младенцев. Я перерождаюсь, брат.
Арлен помолчал немного:
- Это она сделала со мной, Леон. Она убила меня. - Арлен всхлипнул.
С ужасом Леон понял, что Арлен плачет. Темный Господин плакал и по щекам его катились розовые слезы.
- Уничтожь ее ради меня, ради себя, брат! Обещай мне, прошу тебя. Убей ее...
* * *
В Замок Трех Озер отряд Дюпуи прибыл уже поздней ночью, но Кайл принял решение более нигде не делать остановок на ночлег, а двигаться прямо под защиту стен родового замка. Вперед послали гонца, который предупредил замковую челядь о прибытии господаря с супругой, поэтому, когда молодая чета вместе с сопровождающими прибыла на место, для них уже было все готово: и покои и горячий ужин.
Джулия по прибытии разыскала первым делом молодую охотницу Лиану, она предупредила девушку, что София была похищена вампирами и, значит, находится в большой опасности, так как в любой момент может услышать их Зов и подчиниться воле Темных Господинов. Пользуясь своим привилегированным положением при дворе Дюпуи, Джулия поставила в известность управляющего Кайла о том, что Лиана будет лично прислуживать госпоже Софии. Велирен не имел ничего против такого решения, поэтому поспешил представить Лиану ее госпоже той же ночью.
Когда с необходимыми распоряжениями было покончено, охотнице все же пришлось ответить на вопросы замковых слуг по поводу событий, произошедших с тех пор, как их господин покинул пределы своей господари. Но, в конце концов, Джулия сослалась на усталость и необходимость побыть одной, хотя ей пришлось выслушать изрядную порцию соболезнований по поводу гибели ее учителя: Рутгер оставил о себе добрую память, несмотря на то, что держался особняком и не опускался до панибратства с мелкой челядью.
Когда в замке Дюпуи наконец-то все стихло, Джулия позволила себе забыть о необходимости быть сильной, она просто разрыдалась в родную подушку, и в этот раз ее некому было успокоить и пообещать, что все будет хорошо. А в полдень нового дня черноглазый цыганенок принес для нее послание, из которого она узнала, что Мирослав Картвэл похищен братьями-вампирами.
Письмо было написано замысловатой вязью изящным почерком, так писали люди, знающие грамоту столетия назад. Это же письмо писал Леон - Темный Господин, который предлагал ей, когда луна взойдет на свой ночной трон прибыть к руинам Азгабара, старого замка прежних управителей этой северной земли. Только так Джулия может надеяться увидеть своего юного друга живым и, может быть, спасти его.
То, что это ловушка Джулия понимала так же ясно, как и то, что все же пойдет туда. Она знала, что вампир не обманывает ее и Мирослав действительно у него. Собирать отряд охотников, чтобы пойти на выручку сыну управителя Картвэла нет времени, да и нельзя сейчас ослаблять оборону замка, когда вампиры так близко. Кроме того, Мирослав всего лишь приманка, для нее, для Проклятой. Бедный маленький сын Картвэлов опять не послушал предупреждений старших и попал в большие неприятности: прямо в руки Леона и его обезумевшего брата-близнеца.
Когда сумерки окрасили снега нереальным фиолетовым светом, а солнце с облегчением нырнуло за горизонт прошедшего зимнего дня, Джулия пришпорив коня, уже мчалась по дороге к разрушенному в стародавние времена Азгабару. Привязанного к сухому дубу мальчика Джулия увидела еще с дороги. Подъехав поближе, охотница увидела и братьев-вампиров.
Леон поежился, заметив на дороге приближающуюся фигурку охотницы: теперь ему отступать некуда, Арлен рядом и ему придется закончить их затянувшийся поединок с Проклятой.
Джулия остановила коня и спрыгнула на хрустящий снег. Высоко в небе висела луна, и все пространство вокруг было залито серебристо-ярким нереальным светом.
Один из вампиров держал в руках обнаженный клинок готовый к бою, другой стоял тяжело опершись о дерево, к которому был привязан Мирослав. Сын Картвэла, заметив Джулию, попытался крикнуть ей что-то, но рука Господина Теней молнией метнулась к его горлу; мальчик стих, почувствовав острие ножа на шее.
- Закончи, брат, наше дело! - прохрипел тот, который держал нож у горла Мирослава.
Леон поднял меч. Джулия отбросила ножны в снег и шагнула ему навстречу.
Вампир и охотница начали свой смертельный поединок в полной тишине: ни слова не было сказано ими друг другу, только стальные клинки звенели и ударялись друг о друга, высекая дождь искр. Арлен убрал нож от горла мальчика и теперь, опершись о ствол мертвого дерева, наблюдал за сражением.
Охотница и вампир дрались, казалось, изо всех сил: то наступая, то уклоняясь, наносили почти наверняка смертельные удары друг другу, но было что-то не так в этом поединке. Словно двое исполняли какой-то замысловатый рискованный танец, очень похожий на бой. В последний момент клинки соперников скользили в сторону, словно они берегли друг друга.
Наконец, Арлен тоже заметил этот подвох: он понял то, что возможно отказывался признать его брат: Леон не способен причинить вред этой девушке, тем более он не лишит ее жизни, скорее он позволит ранить себя. А еще Арлен совершенно очевидно заметил и то, что Джулия тоже не стремится убить его брата. Эти двое словно разыгрывают спектакль для двух зрителей - для него и Мирослава - чтобы убедить их в серьезности поединка, а сами просто тянут время.
Бесполезно взывать к разуму брата, похоже Леон подхватил тот же недуг, что и Милан Атридес - любовь к человеческой женщине. Хуже - любовь к Проклятой. Ни один из них, ни Джулия, ни Леон, возможно еще не отдают себе отчет в том, что произошло, какое коварное чувство закралось им в души, покорило сердца, но действиями их уже не руководит разум, только любовь, в которой они еще не признались сами себе. Значит, нужно действовать, пока не стало слишком поздно. В руке Арлена серебристой молнией сверкнул меч, вампир направился к Джулии.
Мирослав протестующее закричал, когда увидел, что собирается сделать его пленитель, но Арлен был уже за спиной охотницы. Немедля он нанес ей удар в спину. Кровь алыми каплями хлынула на серебристый снег, Джулия вскрикнула от предательского удара и стала оседать на снег. Леон, видя, как охотница медленно падает без сил, точным ударом выбил меч из рук Арлена и вонзил свой клинок ему в сердце.