Тот свел брови к переносице, явно расценивая, насколько такие мои действия будут противоречить его терапии, но, похоже, не нашел в этом никакой угрозы. Махнув рукой, он вернулся к еде.
– Разрешите? – Теперь я обратилась к девочке.
– А вы что, гувернантка? – она с сомнением оглядела мое форменное платье.
– Нет, горничная. Но читать умею. Так что насчет сказок?
Люсиль все же улыбнулась и кивнула.
Всю следующую неделю мы провели примерно в том же режиме.
К пятнице я уже едва не кипела, наблюдая все происходящее!
Бродрик все время был при Люсиль. Разве что в туалет ее не водил. С этим помогала я, но будучи девочкой упрямой и показательно самостоятельной, Люсиль требовала, чтобы я оставалась за дверью.
Малышка с трудом пересекала комнату, я же с содроганием каждый раз удивлялась тому, какие тонкие у нее ножки. Она была совсем худенькой, почти прозрачной.
При всем этом, девочка не страдала отсутствием аппетита! Только вот Бродрик тщательно составлял для нее меню, где расписывал и размер порций. И их явно было недостаточно!
Мне пару раз удалось пронести мимо него пирожок, но в другие разы он был слишком близко, чтобы я смогла дать Люсиль что-то сверх назначенного им. А за место мне приходилось держаться. До тех пор, пока я не найду выход, я не должна рисковать и отказываться от этой должности.
В очередной вечер, когда Бродрик отослал меня, я едва сдерживалась.
– Это просто невозможно, Марта! – Я уже минут пятнадцать расхаживала по нашей комнате, заламывая руки.
Пора было готовиться ко сну, но я не могла успокоиться.
– Доктор Бродрик наверняка знает, что делает… – Марте не очень нравились мои высказывания.
Она никак не могла определиться, чью сторону занять.
С одной стороны, все слуги в доме, в том числе и сама она, недолюбливали этого мужчину, а то, что девочка под его лечением длинной в месяц до сих пор не оклемалась, добавляло впечатлений.
С другой… классовое разделение здесь проявлялось чрезмерно активно. На каком-то подсознательном уровне местные испытывали нечто схожее с благоговением по отношению к любому человеку, что находился хотя бы на ступень выше. И если в отношении той же госпожи Нарциссы это было оправдано и вполне заслуженно, то в ситуации с Бродриком… никто из них даже шепотом не желал высказать свое мнение. И это при том, что он не имел никаких титулов, лишь репутацию дорогого столичного доктора!
– Госпоже и так приходится подстраиваться под его запросы, не хватало еще скандала, – продолжала давить на меня Марта.
– Неужели ты думаешь, что я стану с кем-то что-то обсуждать так, чтобы подставить под удар? – Возмущение колыхнулось во мне.
– Не в том дело, Анна. Просто и у стен есть уши, – она многозначительно осмотрелась. – Тем более, что Лорд Локвуд выписал его из самой столицы. И если уж ты не доверяешь доктору, оставь это хозяину.
– Но девочке не становится лучше!
– Значит, еще не время. И прекрати выспрашивать о докторе у других слуг. На кухне и так уже шепчутся…
– Что? О чем? – я недоуменно глянула на женщину.
– Что–что… – Марта как-то странно покосилась на меня. – Слишком много интереса с твоей стороны к этому мужчине. А он из столицы, не женат. А ты с ним почитай почти все дни проводишь.
Я вспыхнула. Нет, я, конечно, расспрашивала жителей поместья о том насколько давно приехал доктор, что о нем говорят и что на их взгляд он из себя представляет, но я и предположить не могла, что они сделают не те выводы!
– Марта! – я пораженно воскликнула на такое заявление. – Да у меня даже в мыслях подобного не было!
Я скривилась, а Марта поморщилась. Она сидела передо мной на постели и расплетала свою русую косу.
– Мне можешь не объяснять, – она махнула рукой, забираясь в постель, – да и другим я уж сказала, что ты просто за юную леди волнуешься. Но лучше бы эти разговоры прекратить, пока они до самого доктора не дошли. А то мало ли что он там надумает. Ты девушка ладная, послушная, еще и ученая. Доиграешься, что пойдет к лорду Локвуду за тебя спрашивать.
Я фыркнула в ответ, но спорить дальше не стала. Как-то мне слабо верилось, что этот самодур станет рассматривать простую горничную в качестве невесты.
Но с расспросами, пожалуй, и правда придется прекратить. Да и честно говоря, проку от них не было вовсе.
Доктор о своих методах лечения не распространялся, а сами слуги не сильно интересовались. За девочку, конечно, переживали, но не так чтобы задавать лишние вопросы или обсуждать господские дела.