Поздний рассвет Шин встретил уже в лесной чаще. Лучи низкого осеннего солнца проникали сквозь стволы деревьев. Ветки и опавшие листья, укрытые инеем, хрустели под колесами кареты.
Шин не замечал красоты осеннего леса, красоты деревьев, что еще не полностью сбросили свое яркое убранство. Он был слишком занят мысленным самобичеванием, которое, впрочем, стало для парня уже привычным. Ну почему он никак не научится думать наперед? Зачем он зарыл трупы вместе с таким ценным оружием? Кровавые клинки Шин ведь мог спрятать в надежном и куда более доступном месте.
Шин, конечно, знал ответ. Он хотел, чтобы Кровавые клинки находились как можно дальше от Мираи. Она такая могущественная – и все же такая хрупкая, такая уязвимая перед этим страшным оружием.
Но теперь Кровавый клинок нужен ему, чтобы защитить возлюбленную.
Карета ехала быстро, и Шин не боялся внезапного нападения волка-демона. Волк даже догнать ее не сможет, да и стены у экипажа невероятно прочные. Ну а кинжал Кошури придавал ему дополнительную уверенность в своих силах.
До тайной могилы оставалось совсем немного, но Шин вдруг остановил карету и бесшумно спрыгнул на землю.
Тонкая струйка дыма привлекла его внимание. Шин притаился за кустом, внимательно всмотрелся сквозь ветки, прислушался.
Дым от костра имел очень странный запах. Он назойливо проникал Шину в голову и мешал сосредоточиться. Что же это за трава такая…
Нет, люди ушли отсюда несколько часов назад. Шин вышел на поляну и…
Волка-демона можно больше не бояться. Вон его обезглавленное тело, а головы не видно. Но гораздо важнее то, что срез был ровный и практически без крови: она явно запеклась в тот момент, когда рубили голову. Кровавый клинок. Только он способен на такое.
Это мог сделать только настоящий Охотник-на-демонов, опытный, сильный.
Шин побежал к лесной могиле. Она была полностью разрыта. Трупы охотников, Кровавые клинки – все исчезло.
Охотники уже здесь. Еще одна группа. Возможно, они уже в Салидаме.
И эта группа не менее опасна, чем первая. У них есть шаман, а значит, это Охотники Высшего ранга. Вальхарская полынь – эту траву жгут шаманы вальхари для усиления своего дара. И ее жгли здесь совсем недавно, Шин наконец узнал тот назойливый запах.
Глава 24. Трудный разговор
Шин немедленно поехал обратно на чудо-карете демоницы. Он гнал так быстро, как только мог.
Мираи необходимо покинуть Салидаму прямо сейчас. И ему тоже. Возможно, ей лучше опять спрятаться в Запретном лесу… Мысли Шина лихорадочно сменяли друг друга. Сначала ему надо увидеть Мираи, а потом они примут решение вместе.
Как назло, демоницы не оказалось дома. Шину пришлось ждать несколько часов.
Да, вообще-то ему нужно было давно вернуться в казармы и отчитаться перед начальством за самовольную отлучку – но Шину было все равно. Пусть записывают в дезертиры, пусть считают пропавшим без вести – это его сейчас никак не волновало.
Наконец Мираи пришла.
– Я не ждала тебя сегодня, Шин, – сказала демоница непривычно холодным тоном. – У меня были другие дела.
Шин подскочил со своего места и порывисто обнял ее, не обратив внимания на ее настроение:
– Мираи, нам нужно уезжать отсюда прямо сейчас. Новые Охотники уже здесь!
– Раз так – не будем медлить, – спокойно ответила Мираи и освободилась от объятий Шина.
Шин удивился, что Мираи совершенно не встревожила нависшая над ней угроза. Она просто отдала приказ служанкам уложить самое необходимое в один сундук, и пока они суетились по дому, спокойно присела за стол и налила себе чаю (Шину при этом чаю она не предложила).
Когда вещи были собраны, Мираи, превратила служанок в бабочек, и они залетели, как обычно в широкий рукав ее шелкового кимоно.
Когда они ехали в карете по старой дороге в сторону Храма, Шин наконец немного успокоился. Все будет хорошо. Охотники не доберутся до его возлюбленной.
По этой старой дороге он привез Мираи в Салидаму. Тогда было лето, и дорога была такой сказочно прекрасной. Сплошной зеленый туннель.
Теперь же, осенней ночью, этот «древесный туннель» выглядел довольно мрачно и зловеще. Но внутри экипажа мерцал масляный светильник, и было довольно уютно.
– Не хочешь узнать, чем я была занята сегодня целый день? – спросила Мираи.
– Хочу, конечно. Я ведь думаю о тебе всё время.
Мираи сняла с пояса свой амулет для душ, который был уже знаком Шину. Хрустальный шарик едва-едва светился белым: