Каким-то образом Альгору и Таро всё же удалось добежать до стен частокола, что окружал Логово. Ночь еще не кончилась, и было по-прежнему очень темно.
– Открывайте ворота, – заорал Альгор во всю мощь.
– Нет, не открывайте! – крикнул Таро. – Здесь болотница, зовите отряд с шаманом!
Альгор и Таро стали громко спорить, открывать ворота или нет. Пока они так препирались, до них, хромая, доковыляла Кера. Увидев ее, друзья опять бросились бежать – на этот раз вдоль частокола.
И тут путь им преградила волчица Нуми, рыча и сверкая своими красными глазами. Альгор и Таро резко затормозили.
– Чт-т-то это? – испуганно спросил Таро.
Они вроде бы знали волчицу главного Егеря, но почему она… такая большая? Как будто раза в три выросла. Такая сожрет их одним махом и не подавится.
– Это гончая из преисподней! – заорал Альгор. – Она с болотницей заодно!
Незадачливые Охотники развернулись и побежали обратно – и едва не столкнулись нос к носу с Керой. От неожиданности Альгор выронил посох, а шаманка тут же подняла его. Она замахнулась было на Альгора, но тут подбежала волчица Нуми и едва не сшибла Керу с ног. Волчица принялась прыгать то вокруг Керы, то вокруг ее напарников. Она рычала и норовила укусить всю троицу за ноги – но не кусала, а вроде как играла.
Альгор и Таро подпрыгивали, уворачиваясь от волчьих зубов, а Кера с руганью отмахивалась от волчицы посохом:
– Уйди от меня, проклятая псина!
Что удивило Альгора и Таро – волчица, кажется, уменьшилась и вернулась к своим обычным размерам. Не гончая из преисподней, значит.
– Что тут за шум? – послышался невдалеке голос Егеря.
Вскоре всё вокруг было освещено факелами – показался Рыжий Вильхем в сопровождении десятка других Охотников.
– Ого, да они тут танцы устроили! – сказал кто-то из Охотников, и все дружно расхохотались. Со стороны действительно подпрыжки Альгора и Таро были похожи на пьяные деревенские танцы.
– Вильхем! Кера… она стала болотницей! Она… она вся светится зеленым! – выпалил Альгор.
Но главный Охотник почему-то только расхохотался в ответ – как и все сопровождавшие его.
– Нуми! Иди сюда, моя дорогая.
Волчица послушно подошла к своему хозяину, а тот потрепал ее по голове.
Альгор и Таро, наконец, смогли отдышаться.
– Альгор… кажись, Кера больше не светится… – растерянно пробормотал Таро.
– Болотница? – вскричала Кера, грозно наступая с посохом на своих напарников. – Вы что себе тут напридумывали, идиоты?
Кера хотела треснуть Альгора посохом по голове, но потом отпрянула, зажав нос:
– Ой, фу! Полыни нажрались, уроды, аж на весь лес разит…
Альгор не мог поверить своим глазам. Ну да, это Кера как она есть, грязная только сильно, но что в этом удивительного. Вон, и кашляет так же.
Альгор и Таро пристыженно молчали, Охотники вокруг хохотали, Кера кашляла, а Егерь просто ухмылялся – и, кажется, его волчица тоже. Когда у Керы, наконец, закончился приступ кашля, она гневно заявила:
– Вильхем! Как хочешь – а я с этими полудурками больше ни на какую Охоту не пойду! Дай мне других охотников-клинков, нормальных!
– Пока никто никуда из Логова не пойдет, – серьезно произнес Вильхем, проведя рукой по своей рыжей бороде. – Лисьи твари знают, где наше убежище, и нападут снова. Все нужны мне здесь.
Главный Егерь произнес эти слова тоном, не терпящим возражений, и продолжил:
– Любой алкоголь отныне под строжайшим запретом. Кого поймаю за нарушение – два дня в холодном погребе и неделя работы в шахте, Алую соль добывать. Альгор – ты как раз будешь первым. Тебе полезно, мозги придут в полный порядок.
– А Таро? – возмущенно спросил Альгор. – Мы с ним вместе пили!
Таро посмотрел на него с неодобрением – тоже мне, друг, называется.
– Таро нужен в кузнице, – ответил Егерь. – Кера – а ты давай, это… отмывайся и спускайся в темницы. У нас там полудохлый восьмихвостый пленник, надо привести его в чувство и разговорить. Будет тебе шаманская работа.
Раздав распоряжения, Вильхем направился к открытым воротам, остальные Охотники последовали за ним. Незадачливая группа Керы плелась в самом хвосте.
– Так где тебя носило-то Кера? – спросил Таро. – Мы вообще-то с Альгором переживали. Сначала думали, ты в огне сгорела, потом – что сквозь землю провалилась, потом – что в болоте потонула.