— Доброго всем утра! — весело сказала я.
Девушка, сидевшая за машинкой, взглянула на меня неодобрительно, а вот девушки у манекена заулыбались.
Кло сказала:
— Это София, она будет подрубать швы, — и я заметила, что она особо подчеркнула, что я не претендую на работу на целый день. — София будет приходить на два часа в день, поэтому вам надо приготовить работу для неё. Так мы сможем заканчивать платья быстрее, и у нас будет больше заказов.
Те двое, которые подшивали платье на манекене, снова улыбнулись. А вот девушка за машинкой с недовольным лицом произнесла:
— Ага, Клотильда, знаем мы таких. Сначала на два часа, потом на пять, а потом согласится на меньшую плату и кого-то из нас уволят.
Кло, усмехнувшись, оглянулась на меня и представила:
— Это Марисоль, она у нас самая строгая, но и лучшая швея.
Потом Кло показала на девушек возле манекена, но не успела их представить, они сами весело назвали свои имена.
Одна из них была светленькая, с волосами, отдающими рыжиной, а другая — тёмненькая, почти как я.
Светленькую звали Зарина, а тёмненькую — Фелиция.
Дальше на швейный профессионализм меня проверять не стали. Выдали мне ворох платьев, коробку со швейными принадлежностями и указали, за каким столом работать.
Только Марисоль не преминула сказать, чтобы я работала аккуратнее. Потому что многие из этих заказов для весьма привередливых клиентов, и некоторые придут за ними уже сегодня.
Что любопытно, как только я сделала первый стежок, то испытала почти такое же наслаждение, как сегодня утром от свежеиспечённого круассана. Сначала казалось, что пальцы не очень хорошо слушаются, но уже через несколько стежков у меня создалось впечатление, что прежняя хозяйка этого тела шить умела и занималась этим регулярно.
За два часа я справилась почти что с шестью платьями. Шестое дошила, задержавшись на пятнадцать минут. Даже строгая Марисоль присвистнула и придирчиво осмотрела швы. И, не найдя огрехов, сказала:
— Своё место я тебе всё равно не отдам.
Остальные девушки улыбнулись.
— Не обращай внимания, — сказала Зарина, — на самом деле Марисоль добрая, просто такой характер.
Пока работали, немного разговорились. Конечно, девушки стали выспрашивать, откуда я и какими судьбами попала в столицу. Пришлось немного насочинять, что получила в наследство небольшой домик и переехала от злых опекунов.
Я, продолжая поддерживать образ деревенщины. А как ещё информацию-то получить? Рассказала, что утром видела тёмного мага, а вот светлых не видела.
Девушки, удивившись, что в моей деревне об этом не знают, рассказали, что светлые в основном не живут в столице. Что тёмных в столице много, а они светлых не жалуют. И вся власть у тёмных. А светлые всё равно что простые люди, не могут применять магию, чтобы заработать, и прозябают в бедности. В основном сдают магию для накопителей, но платят за это тоже немного.
Мне пришлось сказать, что опекуны не занимались моим образованием и что читаю я с трудом. После этого признания даже Марисоль стала относиться ко мне добрее.
Фелиция сказала, что у неё бабка была светлым магом, вот они и поселились на окраине, чтобы не попадаться тёмным. А в столицу она приехала выучиться на швею.
— А почему они не уедут в другое королевство? — спросила я.
Фелиция рассмеялась и сообщила, что из нашего королевства в остальные пять королевств можно попасть только по специальному разрешению.
А потом понизила голос и добавила уже шёпотом:
— Говорят, что есть проводники. Если добраться до приграничной деревни, то могут и провести, но дорого стоит.
У меня ещё был вопрос, но почему-то мне показалось, что Марисоль стала подозрительно на меня поглядывать, и я решила задать его потом.
Попрощалась с девушками. Подумала, что успею, пока ещё Люсия не ушла, прикупить гюрешей. И, может быть, выясню у неё про светлых и тёмных. Но когда пришла на угол, то Люсии там уже не было.
«Наверное, распродалась», — подумала я и пошла прогуляться, пока светло, посмотреть, что ещё есть в округе, да и найти магазинчик попроще, чтобы разжиться одеждой.
В результате нашла небольшую лавку, где торговали недорогой одеждой. Купила себе два платья и костюм, широкую юбку, которую решила переделать под юбку-брюки, блузку и куртку.