- Он не должен был, - сказала Мари-Лаура, подходя к ним и кружа вокруг как акула. - Я бы убила тебя, а потом снова исчезла. Он почему-то любит тебя, а значит, у меня были все возможности для полноценной мести. Но это... убить его? Намного лучше.
- Ты конченая с...
- Элеонор, посмотри на меня, - сказала Сорен, его голос был спокойным, но настойчивым. Она подчинилась ему. В этом мире ей в любом случае хотелось смотреть только на него.
Нора кивнула и прижалась головой к его груди.
- Ты не должен был приходить. - Нора так хотела обнять его, но наручники крепко держали ее запястья. - Ты должен позволить им убить меня.
- Ты знаешь, что я не могу, - упрекнул он. - Я уже говорил, что нет ничего, чего бы я ни сделал ради твоей защиты.
- Черт возьми, - ответила она, упираясь лбом в его солнечное сплетение, а потом вновь посмотрела на священника. - Почему ты так сильно любишь меня, глупый ты человек?
Он улыбнулся ей.
- Потому что я встретил тебя.
- Это все очень мило, - сказала Мари-Лаура, продолжая кружить над ними. - Но нам нужно покончить со всем этим. Меня тошнит от этого дома, я устала от этой игры. И мальчикам тоже скучно. Они становятся беспокойными, когда им скучно.
- Чего ты хочешь? - спросила Нора. - Мы дадим тебе это. Деньги, извинения, первенца... все что угодно.
Мари-Лаура остановилась и посмотрела на Нору.
- Я хочу, чтобы ты сделала выбор. Кажется, у тебя патологический страх перед принятием окончательных решений в своей жизни. Ты бросаешься от мужчины к мужчине и никогда не задерживаешься на одном. Как только принимаешь решение, ты не следуешь ему. Ты обещала ему себя, - сказала она, указывая на Сорена, - и затем ушла от него. В твоей жизни есть еще один мужчина, и ты прогнала его. Затем, ты вернулась к моему мужу, но и с ним не осталась. Туда-сюда, туда-сюда. У меня даже закружилась голова.
- Представь, каково мне, - ответила Нора.
- Не могу. Я не могу представить, что у тебя есть чувства. Если это так, ты бы не провела всю свою жизнь, трахаясь с разными мужиками.
- Мари-Лаура, достаточно, - сказал Сорен, едва взглянув на бывшую супругу, и снова посмотрел на Нору. - Твой разговор касается меня и Кингсли. Элеонор была ребенком, когда мы с тобой поженились.
- О, да, защищай ее. Женщину, которая раздвигала ноги перед половиной страны, пока ты оставался запертым в церкви, молясь за ее душу.
- Я никогда не молился за ее душу, - ответил Сорен. - Только за ее счастье.
- Разве она не счастлива сейчас? - Мари-Лаура схватила Нору за подбородок и резко сжала его, прежде чем отпустить.
- Я счастлива, - ответила Нора, отказываясь проявлять страх. – Конечно, я счастлива.
- Почему? - спросила Мари-Лаура
Нора посмотрела на Сорена.
- Потому что он здесь.
- Mon Dieu, если это и есть любовь, я рада, что не познала ее. Меня выворачивает от вашего маленького шоу.
- Нам пора, - сказал Деймон, подходя к ним с пистолетом в руке. - Если он здесь, значит и...
- Они боятся Кингсли, - объяснила Мари-Лаура. - А я нет. Если бы он пытался что-то сделать, то уже бы сделал. Он позволит вам двоим страдать и умереть, пока сам находится в другом месте и не обращает на вас внимания. Я несколько месяцев страдала прямо под его носом, и ему было все равно, и было бы все равно еще долго.
- Он тоже страдал, - вмешался Сорен. - Я говорил тебе до нашей свадьбы, что брак будет лишь на словах. Ты согласилась. Ты знала, что я тебя не любил.
- Ты должен был полюбить меня. - Мари-Лаура посмотрела на него испепеляющим взглядом. - Все любили меня.
- А ты никого не любила, - сказал Сорен без малейшего намека на злобу в голосе. - Даже меня ты не любила. Ты просто оскорбилась, когда кто-то, кого ты желала, не возжелал тебя в ответ. Кингсли знал, что такое любовь. Ты принимала желание и ревность за любовь. Ты не хотела мужа. Ты хотела завоевания. Я очаровал тебя, потому что не поддавался.
Мгновение Мари-Лаура молчала. Нора вздрогнула, когда на губах француженки появилась улыбка.
- Ты прав, мой муж. Я пыталась соблазнить тебя и облажалась. Я пыталась добиться тебя и облажалась. Я пыталась завоевать тебя и облажалась. Но больше я не облажаюсь.
- Тут уже ничего не поделаешь, - сказал Сорен. - Если убьешь меня, то чего добьешься? Я все равно умру в любви к ней и никогда не полюблю тебя.
- Верно, - кивнула она, соглашаясь. - Слишком верно. Но, возможно, сейчас тебя будет немного проще соблазнить, чем тогда. Деймон?
Деймон вышел вперед и приставил пистолет к затылку Норы. Ее сердце остановилось в ту же секунду, когда тяжелый холодный металл коснулся волос.
- А сейчас... - Мари-Лаура опустилась на колени рядом с ними. Похоже, Сорен перестал дышать в тот момент, как Деймон навел пистолет на Нору. - Поцелуй меня.