Затем прошел мимо нее в дом.
Джулиус последовал за ним.
Добравшись до кухни, он оглянулся и увидел, что она возвращается в дом, забрав его стакан и пустую бутылку Джулиуса.
И тут слова Джулиуса ударили ему в голову.
Отдай ей немного того, что она дает тебе.
Бл*ть.
Он отложил эту мысль на потом и вышел на заднюю веранду к сервированному Лекси столу: салфетки, тарелки, столовые приборы, зажженные маленькие, приземистые свечки вокруг основания навеса. Некоторые из них она купила недавно, когда ходила со своими девочками по магазинам, чтобы стол выглядел лучше.
А еще там стояла еда: жареные свиные отбивные, картофельное пюре, подливка, зелень и булочки.
Праздник для Джулиуса, лучшее, что она могла устроить без подготовки, и он, очевидно, все равно удался на славу.
Отдай ей немного того, что она дает тебе.
Бл*ть.
Он снова отложил эту мысль на потом и сел, Джулиус устроился напротив, а Лекси вышла с тремя бутылками пива, объявив:
— Яблочный пирог и мороженое после ужина. Пирог замороженный, но вкусный. — Она перевела взгляд на Уокера и улыбнулась ему. — К счастью, по дороге домой из салона я заскочила в магазин до того, как появился Джулиус. — Она села между ними и перевела взгляд на Джулиуса. — Тай много тренируется, но мой парень сладкоежка. Запасы у нас не держатся.
— Не очень-то люблю копить в себе десерты, — пошутил Джулиус, но тут же понял свою ошибку, когда по лицу Лекси пробежала тень. Поэтому тут же пробормотал: — Прости, куколка.
Она расслабилась, объявив:
— Вот почему я держу запасы.
Джулиус изучал ее мгновение, прежде чем усмехнуться.
Уокер наблюдал, как она улыбнулась в ответ, потянулся к жене, схватил ее за шею и привлек к себе. Она наклонила голову, и он поймал ее рот. Никаких прикосновений, он хотел ощутить ее вкус, и в тот момент, когда он начал приоткрывать свои губы, она почувствовала это и ответила на поцелуй. Он прикоснулся кончиком языка к ее губам и отпустил.
Ее улыбка, адресованная ему, выглядела чертовски лучше.
Затем он взял блюдо со свиными отбивными и протянул его брату.
*****
Уокер передвинул руку с бедра жены к ее заднице, по позвоночнику до середины спины и надавил. Ему не потребовалось прилагать усилий, она мгновенно сделала то, что он хотел: выгнув спину, руками скользнула вперед, прижимаясь к матрасу, и приподняла попку к потолку, позволяя ему проникнуть глубже.
Да, она предлагала свою киску так, как он хотел, без всяких протестов.
Лекси стояла на коленях, на краю кровати. Он стоял рядом с ней, двигаясь внутри нее, грубо, почти жестко. У него не было этого уже две недели, и вот она перед ним, его дикая кошечка, такая чертовски мокрая, такая тугая, такая сладкая, наслаждающаяся каждой секундой.
Издаваемые ею милые, сексуальные звуки менялись, переходя от удовольствия к отчаянию. Она была близко, он был почти рядом с ней.
Он вышел, и в тот же миг она повернула голову к нему.
— Малыш, не останавливайся, — прошептала она с отчаянием в голосе.
Он наклонился вперед, скользнув рукой с ее спины под грудь, поднял ее и развернул лицом к себе, его рука теперь спустилась вниз к ее попке. Он приподнял ее, она обвила руками его плечи, наклонила голову в сторону, коснулась его губ и проникла языком внутрь.
Тай уперся коленом в кровать, поставил второе следом, и как только оказался на матрасе, упал вперед, увлекая ее на спину, все это время ноги Лекси обвивали его бедра. Их рты все еще были соединены, языки переплетены, когда он снова ворвался внутрь.
Он потерял ее рот, когда она выгнула шею.
Бл*ть, как же его жена обожала его член.
Он приподнялся на локте, слегка наклонился в сторону и продолжал глубоко и сильно толкаться, не сводя с нее глаз, а другой рукой скользнул вверх по ее телу, обхватывая ее за шею. Подняв голову, она встретилась с ним взглядом.
Никаких слов, ему они не нравились, когда его член погружался глубоко в ее мокрую киску, но Лекси они были не нужны. Во время секса или нет, ее глаза говорили за нее.
И ему нравилось то, что они говорили.
Поэтому он нежно впился пальцами ей в шею, наклонил бедра и снова вошел, найдя ее чувствительное местечко, отдаваясь ей, и она брала. Ее спина выгнулась дугой, рука за его спиной напряглась, ноги стиснули его бедра, другая рука взлетела к его запястью у шеи и крепко вцепилась в него, сначала она вдохнула, глубоко, отчетливо, затем раздался громкий стон, а затем всхлип.