Мой.
Затем его бедра отстранились, после чего подались вперед, и он оказался внутри меня.
Я оторвалась от его губ и выгнула шею.
Боже, боже. Великолепный. Прекрасный.
Мой.
Он объезжал меня быстро, жестко, и я приветствовала это, обхватив ногами его бедра, блуждая по нему жаждущими руками, не отрывая от него голодного рта, я поглощала его, а когда больше уже не могла, наши губы едва касались друг друга, наше тяжелое дыхание смешалось, так происходило всегда, когда мы оказывались близко к всепоглощающему чувству, потом Тай изменил угол удара, коснувшись заветного местечка, и я закричала, всеми четырьмя конечностями прижимая его к себе, когда кончила.
У Тая на это ушло еще две минуты, во время первой я была не в состоянии что-либо видеть, а на протяжении второй я наблюдала за ним с жадностью.
После этого его голова упала вперед, а лицо исчезло у моей шеи.
Его член оставался глубоко внутри меня. Я всеми конечностями все еще крепко обхватывала его тело.
Здоровый.
Живой.
Великолепный.
Дышаший.
В целости и сохранности.
Глубоко во мне.
Tай.
Я закрыла глаза и вздохнула.
— Один из способов заставить тебя перестать плакать и успокоиться, — сказал он мне в шею, и я замерла. Он поднял голову, посмотрел на меня сверху вниз и ухмыльнулся. — Бумаги о разводе лежат на столе, мамочка. Хочешь, схожу за ними, чтобы ты могла их подписать?
Я решила, что разозлюсь позже на запоздалое, но крайне неуместное представление о том, что у него очень хорошее чувство юмора.
Вместо этого я заявила:
— Если встанешь и пойдешь куда-нибудь, я тебя уложу.
Его тело затряслось, а ухмылка превратилась в улыбку.
— Ты действительно думаешь, что сможешь справиться со мной?
— Я не говорила, что это будет удачный удар.
И тут мой муж расхохотался.
А я наблюдала.
Он не часто это делал, но я всегда наблюдала. На этот раз это было намного лучше, потому что он хохотал, все еще находясь внутри меня.
Затем его хохот стих, но, все еще посмеиваясь, он прижался лбом к моему лбу, а его рука обвилась вокруг моей шеи.
И когда он сделал последнее, его смех замер, глаза встретились с моими, и он прошептал:
— Моя мамочка дома?
Я сглотнула, но все равно знала, что мои глаза заблестели от слез, а голос охрип, когда я прошептала в ответ:
— Да.
Он закрыл глаза, чуть опустился и прикоснулся губами к моим губам. Подняв голову, он открыл глаза, и я почувствовала, как его большой палец ласкает мою челюсть.
Наши взгляды снова встретились, и он нежно сказал:
— Я скучал по тебе, детка.
Я снова сглотнула, сжимаясь вокруг него руками и ногами.
— Я тоже.
— Никогда больше не бросай меня, — приказал он.
Я решила не напоминать ему о том, что я его не бросала.
Вместо этого я тихо сказала:
— Хорошо.
Он уставился на меня. Затем также тихо сказал в ответ:
— Хорошо.
Наклонив голову, Тай прикоснулся к моим губам, осторожно вышел, а затем потянулся длинной рукой за моими трусиками и натянул их на место. Он скатился с меня и встал с дивана, поправляя на ходу джинсы. Я приподнялась, повернулась, обернувшись через спинку дивана, чтобы не выпускать его из вида, пока он шел на кухню. Опустив подбородок на руку, лежащую на спинке, я наблюдала, как он взял со стойки конверт из плотной бумаги, приблизился к ящику, где лежала всякая мелочь, порылся в нем и нашел то, что хотел. Я смотрела, как он идет к кухонной раковине. Он вытащил оттуда кучу тарелок и поставил их на стол (с первого взгляда было ясно, что Тай не прибирался, поэтому я продолжала смотреть исключительно на него).
У меня перехватило дыхание, когда он чиркнул спичкой и поджег конверт. Он крутил и вертел его в руке, пока тот не вспыхнул.
Потом бросил горящий конверт в раковину и наблюдал, как он догорает. Тай кинул спички на стол и направился обратно ко мне.
— Документы на развод, — сообщил он.
Я в шоке наблюдала, как мой мужчина, и его большое красивое тело с такими же красивыми татуировками, возвращается ко мне.
Я усмехнулась.
Он ухмыльнулся в ответ.
И тут я не выдержала и расхохоталась.
*****
Тай
— Все хорошо, что хорошо кончается, дружище, — прошептал Джулиус на ухо Таю.
— Все хорошо, что хорошо кончается, — моя задница, Чемпион. Господи Иисусе, ты что, свихнулся? — выпалил в ответ Уокер и почувствовал, как его жена вздрогнула.