Роуди, с широко раскрытыми глазами и посеревшим лицом, кивнул, повернулся и выскочил из гаража.
Тай повернулся ко мне, его горящий взгляд встретился с моим, и он приказал:
— Держись меня, не отходи ни на шаг.
Я кивнула.
Он снова повернулся, оглядел гараж, открыл дверцу «Вайпера», залез в салон, снова повернулся, его взгляд остановился на мне, затем потянулся к кнопке, нажал ее, и гаражные ворота начали опускаться. Отойдя от дверцы, Тай захлопнул ее, и мы оба наблюдали за воротами, пока те не закрылись.
Тай повернулся ко мне.
— Наверх.
Я двинулась. Тай последовал за мной. Я увидела, как он поворачивает замок на двери подсобки, ведущей в гараж, затем стала подниматься по лестнице. Тай все также следовал за мной.
Я сделала четыре шага на кухню и обернулась.
Он остановился в двух шагах от меня и приказал:
— Стой на месте, не двигайся.
Я снова кивнула, и он пошел осматривать первый этаж, затем его шаги раздались на двух верхних этажах.
Вернувшись, Тай снова остановился в двух шагах от меня и пристально посмотрел мне в глаза.
— Малыш, ты в порядке? — прошептала я, тоже осматривая его, но по нему ничего нельзя было прочитать.
— Две с половиной недели, — ответил он.
— Что?
— Этот кусок дерьма уже две с половиной недели наслаждается моим кошмаром.
У меня перехватило дыхание.
Внезапно он улыбнулся своей прекрасной улыбкой и прошептал:
— Приятное чувство.
У меня перехватило дыхание, и я прошептала в ответ:
— Могу поспорить, что, да.
Я тоже ему улыбнулась.
Выражение его лица изменилось, отчего мои соски затвердели.
— Моя мамочка задолжала мне киску, — тихо сказал он.
И тут у меня между ног хлынула влага.
Муж задержал на мне взгляд на секунду, на две, на три, а потом, сама не знаю почему, может, от исходящего от него напряжения, я развернулась и помчалась на высоких каблуках к лестнице.
Он поймал меня почти на первом пролете, и я подумала: сейчас он перекинет меня через плечо и отнесет в кровать, но он этого не сделал. Он повернул меня, усадил задницей на ступеньку, мои трусики исчезли со свистом, затем его мощное тело оказалось на мне, его губы на моих губах, его язык проник мне в рот.
Я обхватила его всеми конечностями.
Потом моя юбка оказалась задранной до ребер, ноги лежали у него на плечах, а его рот был между моих ног. Мой мужчина был голоден, он долго ждал своего праздничного пира и собирался им насладиться.
К счастью для меня, я тоже им наслаждалась.
Это был самый сильный, самый долгий, самый мощный оргазм, которым он когда-либо меня одаривал, и который я когда-либо испытывала, а он уже одаривал меня несколькими сильными, долгими, мощными, блистательными оргазмами.
Я купалась в блаженстве, когда он обхватил меня одной рукой за бедра, поднимая вверх, а другой оперся о ступеньку в качестве рычага, и прежде чем прийти в себя и понять, что это происходит, его член ворвался в меня.
Он, то набрасывался жесткими поцелуями на мои губы, то нежно касался их, не отводя взгляда от моих глаз, пока глубоко входил в меня, а я держалась, крепко сжимая вокруг него руки и ноги, с каждым толчком поднимая бедра, чтобы дать ему больше.
Внезапно, мы поднялись, все еще не разрывая контакта, Тай миновал последние ступеньки, уложив меня на пол коридора, его бедра задвигались быстрее, сильнее, член вошел глубже, я увидела, как горят его глаза, почувствовала, как смешивается наше лихорадочное дыхание, я прижала его ногами к себе, мои руки блуждали по его горячей коже под футболкой.
Я чувствовала его, любила каждый дюйм его тела на мне и во мне, но его глаза завораживали.
— Люблю тебя, Тай, — выдохнула я, глядя ему в глаза. — Каждый дюйм тебя, малыш, все, кем ты являешься.
Он не ответил, хотя Тай редко разговаривал, находясь внутри меня или иными способами занимаясь со мной сексом. Он лишь врывался сильнее, каждый толчок завершая стоном, его глаза горели не просто желанием, в этих прекрасных глазах, сияющих так ярко, был не только триумф, который он разделял со мной, но и все, что он испытывал ко мне.
И они не отрывались от моих глаз, давая мне нечто драгоценное.
Затем я потеряла их, когда его голова в кульминации дернулась назад, и почти мгновенно упала вперед, и он уткнулся лицом мне в шею.
И я знала, что он тоже сильно кончил.
Но это была лишь одна из причин, по которой я крепко держала его руками и ногами.
И мы полагали, хотя и не знали наверняка, что именно в этот момент мой муж заронил внутрь меня семя, ставшее нашей дочерью.