Глава 20
Солнечный свет
Два дня спустя...
Это случилось в десять тридцать.
Сегодня был вторник, и я работала в салоне. Весь понедельник я занималась приобретением чистых DVD-дисков, записью хреновой тучи копий и разъездами по округе, чтобы доставить отвратительные секс-видео адвокату Тая, нашим друзьям, а также переслать одну по почте Анхелю.
При этом я познакомилась с мужем Нины и другом Тая, Холденом «Максом» Максвеллом, высоким, крепким, по-настоящему горячим горцем с великолепной улыбкой и странным покровительственным, но определенно милым и внимательным отношением к своей жене, и проведя с ними всего лишь десять минут, и со всем моим недавним опытом, я мысленно отругала себя за то, что не переехала в Колорадо много лет назад.
Но день прошел без происшествий, и это было хорошо. Нам и так хорошенько досталось накануне. В нашей продолжающейся драме мы бы не возражали против неспешного дня без происшествий.
Вторник всегда был загруженным днем в «Карнэл Спа», но опять же, теперь каждый день был таким, так как Доминик добавил новые услуги. Но в то утро все выглядело еще хуже.
В кресле Доминика сидела леди, которой он делал стрижку, в то время как волосы его другой леди доходили до нужного состояния в фольге, пока она болтала с Джаз, техником по маникюру, которая была с клиентом. Кайлин занималась стрижкой. Задние комнаты были полны. Доминик оказался прав, что рискнул и добавил настоящие спа-процедуры, байкерские малышки и женщины с гор приняли их всем сердцем. У одной из массажисток на столе лежала клиентка, а еще одной женщине делали массаж лица. Следующий клиент Кайлин, Стокард, пришла на двадцать минут раньше и сидела в ожидании. Она уже приходила к нам, так что я ее знала, и в последний раз она тоже пришла на двадцать минут раньше, потому что любила посплетничать, чем в данный момент и занималась.
Я только что закончила разговор с одной из женщин по поводу купленного ею товара. Она попрощалась со мной и направилась к двери, так что я смотрела на стол, когда услышала ее удивленное «ох».
Подняв голову на звук, я увидела, что она стоит в открытой двери и, открыв рот, смотрит вверх. Я не могла видеть, что ее так поразило, жалюзи на окнах были плотно закрыты, был конец августа, но дневная жара все еще сильно обжигала, готовясь к наступлению бабьего лета.
На кого или на что она бы ни смотрела, это стояло на тротуаре у окна.
Внезапно ее тело дернулось, она кивнула, пробормотала: «Извините, простите», — и выскочила за дверь.
Примерно через пять секунд дверной проем заполнил Тай.
Я уставилась на него, смутно почувствовав, как изменился гул в салоне, учитывая, что он был заполнен женщинами и геем. Тай, естественно, оказывал такое влияние на женщин и геев, и, естественно, все знали, что с ним происходит, но он ни разу не навещал меня в салоне. В наполовину приспущенном комбинезоне и майке в черных масляных пятнах он выглядел стопроцентным мужчиной в фиолетовом салоне красоты, обладавшем нулевой мужественностью, поэтому, как только он появился в дверях, его настроение вторглось в помещение, взяв под контроль атмосферу.
Всего заведения.
Я могла только смотреть на него, потому что не понимала его настроения, никогда не видев подобного ранее. После моего возвращения, Тай всегда держал свои карты открытыми. Я знала, о чем он думает, потому что он делился своими мыслями по-разному: выражением лица, словами. Больше он от меня не прятался. Он мог прятаться от мира, но не от жены.
И теперь он не прятался, хотя его лицо ничего не выражало, но глаза излучали напряжение. За него говорила его аура.
Я просто понятия не имела, о чем она говорит.
И у меня было мало времени, чтобы понять это. Его длинные ноги покрыли расстояние от двери в салон, огибая стойку регистрации, я не сводила с него глаз всю дорогу, поворачиваясь на кресле, пока он двигался ко мне.
Когда Тай оказался рядом со мной, я откинута голову назад, глубоко вдавливаясь спиной в кресло, чтобы не прерывать наш зрительный контакт.
Затем он наклонился, и я поднялась, услышав при этом охи, но сама чувствовала лишь удивление. Одна его рука обвилась вокруг моей задницы, другая скользнула по моей спине, его пальцы погрузились мне в волосы, обхватили мою голову, затем он прижался к моим губам и поцеловал.
Я инстинктивно обхватила ногами его бедра, руками — его плечи, и на протяжении двух секунд размышляла над тем, что мой муж ни с того ни с сего пришел ко мне на работу, схватил меня в охапку и одарил страстным поцелуем, который говорил о многом, и в эти две секунды я услышала женский шепот: «О, Боже», а затем бормотание Доминика: «Вот это горячо».