Тай наблюдал, как Тейт медленно ухмыльнулся, точно угадывая смысл слов Тая.
Тай не улыбнулся. Он оглядел друга и посмотрел на город.
Поняв атмосферу, Тейт некоторое время молчал, повернулся всем телом, переводя взгляд на город, а затем тихо произнес:
— Здесь я попросил Лори выйти за меня замуж.
— Хорошее место для такого дела, — сказал Тай.
— Сегодня такой же вечер, как и тот, когда я привез ее сюда в ее прошлый день рождения, — продолжал Тейт. — Попросил ее выйти за меня замуж в день ее рождения, и тогда она решила покончить с каждым следующим.
Тай не ответил. Не особо удивляло, что Тейт был романтиком. Он женился на красивой, доброй женщине. Нельзя завоевать такую женщину и сделать ее такой счастливой, какой была Лори, если не обращаться с ней правильно.
Тейт молчал еще какое-то время, а затем снова повернулся к Таю и начал:
— Тай…
Тай оборвал его, пронзив взглядом.
— Много лет назад ты не был готов сдаться. Я был погребен под дерьмом и не видел, как из него выбраться. Так глубоко под землей, что даже не слышал тебя. А даже если бы услышал, не стал слушать. Я чувствовал бессилие, злость, страдал от боли, и все это делало меня глупым. — Он посмотрел Тейту в глаза и прошептал: — Мне следовало прислушаться к тебе.
Тейт покачал головой.
— Не ходи туда, брат, ты свободен, смотри вперед и радуйся, не оглядывайся назад и не отчаивайся.
— Дело не в этом, Тейт. Мне не больно. Уже нет. Это не значит, что мой путь не был пыткой, но он привел меня к Лекси, так что с этим я могу жить. Мне нужно, чтобы ты услышал, что ты был прав, а я ошибался, и заслуживаешь моего признания.
— Ты не должен мне этого говорить, Тай, — мягко сказал Тейт.
— Должен, Тейт, — тихо ответил Тай.
— Хорошо, я тебя услышал. Но, как помнишь, я сидел в яме с теми змеями и должен был с этим что-то сделать уже давным-давно. Я ничего не предпринял, и тебя посадили.
— Ты не несешь никакой ответственности за то, что со мной случилось.
— Я вижу это по-другому.
— Брат, тебе нужно было заботиться о сыне, плюс еще та заноза в заднице, которая превращала твою жизнь в кошмар, — напомнил Тай. — Тебе приходилось присматривать за важными делами, и они стояли в приоритете. Когда ты ушел, ни с кем не поступали так хреново, как со мной. Ты не мог предвидеть, насколько плохо все обернется. Но тогда ты попытался вмешаться, но я тебе не позволил. Вот в чем дело.
Тейт хранил молчание.
Тай — нет.
— С самого первого дня, как меня выпустили, ты делал для меня все возможное. Прикрывал меня, заботился о Лекси, когда у нас возникали проблемы, а потом делал все, что мог, чтобы помочь мне разобраться с ними. Для меня важно, чтобы ты знал, как я тебе благодарен. Я пытался понять, как могу тебе это показать, но, сколько бы ни думал, мне ничего не приходило в голову, и я знаю почему. У тебя есть все, так что нет никакого способа показать тебе мою признательность, потому что нет ничего, что я могу тебе дать, чего бы ты желал или в чем бы нуждался. И я это понимаю, потому что сейчас стал таким же человеком, как ты, — у меня есть все. Так что единственное, что я могу тебе дать, — это слова, и, думаю, этого будет достаточно. Если нет, скажи, чего ты хочешь, и я дам тебе это.
— Друзья делают для друзей то же, что и я для тебя, — ответил Тейт.
— Нет, не делают, Тейт. Ты сделал для меня то, что сделал, потому что ты — это ты. Вот о чем я говорю.
Тейт немного помолчал, а потом сказал:
— Что ж, тогда ты угадал правильно. Слов достаточно.
Тай кивнул.
Тейт склонил голову набок и шутливо спросил:
— Мы закончили с полуночной беседой по душам посреди гребаного нигде?
Тай не был расположен шутить, поэтому ответил:
— Нет.
— Что?..
— Я люблю тебя, мужик, — тихо перебил его Тай. — Научился на собственном горьком опыте не медлить с выражением этого чувства, поэтому не собираюсь медлить. Ты называешь меня братом, и у меня есть один кровный, который ни хрена для меня не значит, и сегодня, когда все это дерьмо закончилось, радуясь и размышляя, меня осенило, что у меня есть двое не кровных братьев, но они мне важны. И ты один из этих двоих.
— Тай… — пробормотал Тейт.
— Я до самой смерти буду помнить, что ты сделал для меня и моей жены, и до тех пор не перестану благодарить тебя.
— Бл*ть, мужик, — прошептал Тейт.
— А теперь дай знать, что мои слова достигли своей цели, и ты понял, что значит для меня то, что ты сделал?
Тишина, затем:
— Да, они достигли цели.
— Хорошо, значит, теперь мы закончили с полуночной беседой по душам посреди гребаного нигде, — заявил Тай, повернулся, открыл дверцу «Вайпера» и начал протискиваться в салон.