Он подъехал к самому верху построек, свернул налево, на отдельную подъездную дорожку к последнему из домов, он стоял немного дальше остальных, по бокам его окружали сосны и осины, с одной стороны был резкий спуск, который вел к другому зданию, а с другой стороны не было ничего, кроме крутого, густо поросшего лесом склона холма.
Тай остановил «Чарджер» на открытой площадке перед большим гаражом на две машины, а над всем этим возвышались три этажа с выступающей большой террасой. Площадка была достаточно большой, чтобы припарковать еще одну машину или, может, снегоходы или квадроциклы. От гаража наверх вела открытая, деревянная лестница, исчезая внутри помещений.
Отстегнув ремень безопасности, я наклонилась вперед, вывернув шею, чтобы лучше рассмотреть высокое здание, увидела большую террасу, отметив, что, если бы она дотянулась до фасада дома, то с нее открылся бы захватывающий вид на Карнэл, холмы и горы за ними.
— Итак, — сказала я ветровому стеклу, услышав, как Тай открыл дверцу, но еще не вышел, — мы приехали сюда забрать ключи?
— Что?
Я оторвала взгляд от дома и посмотрела на него.
— Мы здесь, чтобы забрать ключи от твоего дома?
— Это и есть мой дом, — ответил он, и я моргнула от нахлынувшего на меня удивления, смешанного с волнением, когда он продолжил: — Мэгги оставила ключи, чтобы мы могли войти.
— Это не твой дом, — глупо сказала я, и он на секунду уставился на меня.
Затем произнес:
— Мой.
— Нет, не твой.
— Лекси, это мой дом.
— Не может быть. Это даже не кондоминиум, — сообщила я.
— Он и есть.
— Нет. Это дом.
— Женщина, это кондоминиум.
— Нет, — возразила я.
— Для Колорадо — да, — поставил точку Тай в их споре.
От такой новости удивление сменилось волнением, мой радостный взгляд скользнул обратно к кондоминиуму, и я прошептала:
— Вау.
На это он пробормотал «чудачка», и вышел из машины.
Я последовала за ним, все еще разглядывая дом и думая, — вот оно.
Я знала.
Последние пару дней я много размышляла, пытаясь определить, верны ли читаемые мною знаки. Что каким-то безумным, диким образом жизнь наконец-то привела меня в некое чудесное место. Привела к красивому мужчине, пусть и со своими проблемами, но, с другой стороны, они были у всех. Это не означало, что он не мог быть щедрым, нежным, заботливым и, да, как я выяснила, также забавным. Он отлично умел поддразнивать, отыскивал мои кнопки и с удовольствием жал на них, но не со злостью, а интимно и все более знакомо. Когда я говорила — он слушал. Не притворялся, а именно слушал. Неважно, о чем я болтала, он находил это интересным, и я знала, что это правда. Я не понимала, откуда мне это известно, я просто знала. Он был терпелив. Нежен. Все чаще называл меня «детка» и «малышка», и все же делал это не так, как другие мужчины. Эти слова имели для него значение, я чувствовала, что стала ими для него, иначе он не называл бы меня такими именами. Я была его деткой, его малышкой, и именно ими я и хотела для него быть. Независимо от настроения, он все чаще стал обращаться ко мне нежным голосом: иногда, когда поддразнивал, иногда по причинам, которых я не понимала, но я знала его еще не достаточно хорошо, чтобы их понимать. Но это не имело значения. Мне нравилось. Он по-прежнему мало что о себе рассказывал, но у меня было чувство, что все это говорило само за себя. Он что-то мне давал. Нечто большое, важное, хорошее, чистое и правильное. Нечто, чем мне нравилось владеть и чего бы мне хотелось еще больше.
И вот теперь я в кондоминиуме в Колорадо за пределами маленького, тихого, оседлого городка, окруженного великолепными красотами, и моим местом жительства должна стать шикарная хата — трехэтажный дом с захватывающим видом.
Тай подошел к багажнику, закинул сумку на плечо и схватил мой чемодан. Я несла пакеты с закусками, думая, что уберусь в машине позже, после экскурсии по дому. С трудом проковыляв по гравию в туфлях на высоких каблуках, я нашла его за углом, нагнувшегося к краю скал, которые окаймлял привлекательный, подстриженный кустарник. Он перевернул валун, на что-то нажав большим пальцем, затем открыл.
Фальшивый камень, где Мэгги спрятала ключ.
Он опустил камень на место, схватил чемодан, который поставил рядом с собой, и направился к лестнице.
Я последовала за ним.
Мы ступили на веранду, и я выглянула из-за узкой деревянной дорожки сбоку от дома, убедившись, что была права. С высоты первого этажа открывался вид на город и панораму за ним, а дорожка вела к более широкой террасе перед домом.