– Мне показалось, что ей довольно безразлична верность супруга.
– В таком случае, оставим всё это сугубо между нами.
– Между мной и тобой? – я взвилась над постелью, перебросив ногу через его торс и, сев к нему на живот.
– Между нами снова может встать Люциан… – задумчиво произнес Аро, рассматривая мою наготу во тьме.
– Нет. Довольно. Теперь между нами нет даже воздуха…
– Пора искупить свой грех перед законом Вольтури, – напомнил он.
– Если господин пожелает…
– Господин требует!
Я слегка застонала, а он, приподнявшись, спустил меня ниже по своему телу. Больше не было никаких преград. Только мы. Только здесь и сейчас. И плевать на всех остальных.
Утро застало нас врасплох. Не понять откуда выглянуло солнце, разбросав по небу единичные облака. Моя кожа переливалась отблесками в ярких лучах, когда я подошла к открытому окну.
– Тебе идёт такой наряд…– заметил Аро, приподнявшись на локте и, осматривая меня, одетую лишь в солнечный свет.
– Тогда и тебе подойдёт… – я мгновенно подскочила к нему, потянула за руку, и он, встав на каменный пол голыми ногами, очутился рядом со мной, заливаясь всевозможными бликами.
– Мы прекрасны, – заметил он, прикосалась ладонью к моему плечу.
– Мы убийцы…– напомнила я.
– Лишь для собственного пропитания, – возразил Аро и коснулся губами моих губ.
– Пусть будет так, но это слишком! – раздался голос Люциана в коридоре.
Я быстрым движением укуталась в одеяло, а Аро лишь успел надеть и застегнуть брюки.
В дверь настойчиво постучали.
– Входи, – пригласил глава Вольтури.
Ликан бросил на нас холодный взгляд и всмотрелся в пейзаж за окном.
– Ну и что тебя привело сюда? – начал мой муж.
– Твоя…наемница, которую ты хочешь послать к ведьмам… Как бы это помягче сказать… Слишком своенравная! Хочет получить твое разрешение на уничтожение врага.
– Разве я обещал ей его дать?
– Видимо, она на это рассчитывала.
– С чего ты взял?
– Скажем так, она собрала все оружие, которое только можно было найти у нас.
– А она начинает мне нравиться… – усмехнулась я.
– Тем не менее.
– Скажи ей, что такого распоряжения я не дам, – сообщил Аро.
– Вот сам ей и скажи, – Люциан недовольно фыркнул, изображая неподчинение.
Аро полностью оделся и ушел. Ликан последовал за ним.
Я спустилась через полчаса, когда возмущенные разговоры уже утихли и остались только отдельные фразы, дававшие мне связать призрачные нити сути происходящих событий.
– Господин, – говорила красноволосая наемница, – я готова сложить свою голову на алтарь Вашей победы. Вы знаете, как я Вам предана. Я не смею перечить Вашим решениям, но могу лишь просить Вас об одном…
– Говори, – сухо произнес Аро, глядя на нее сверху вниз.
– Позвольте мне стать причиной великих свершений Вольтури… – склонив голову, молвила она. – Я не смогу существовать, зная, что приложила недостаточно усилий ради общего блага клана, к которому мне теперь посчастливилось принадлежать.
Аро молчал и смотрел на неё, стараясь на расстоянии угадать ход ее мыслей. Я остановилась в проёме и следила за их движениями, взглядами. Конечно же, во мне взъерошилась давно забытая ревность, которая заставляла меня испытывать недоверие к этой охотнице за вражескими головами.
– Ты верно служишь клану, – заговорил глава Вольтури, – не разу не ослушалась моего приказа… Так от чего же теперь желаешь всем своим каменным сердцем уничтожить ведьм?
– Оно вовсе не каменное… – прошептала она, опустив глаза в пол.
Во мне всё взбунтовалось. О чем говорила эта девчонка – мне было не дано понять. Я лишь могла судить у правдивости ее слов, но мысли ее были недоступны для меня. Что она подразумевала под этими словами? Намек ли на любовь к Аро и вечную преданность исключительно ему, или же в ее груди бился огонек для иного члена клана?
Я сделала несколько шагов вперёд и остановилась посреди комнаты, в которой они находились. Окна были завешаны тяжёлыми шторами, через которые не пробивался солнечный свет. Камин расположился в мрачном углу в гордом одиночестве. Мебель, обитая темной кожей давила на сознание, но нам ничего не мешало, ведь ранимая психика только у смертных. Мы же провели среди пасмурных веков бóльшую часть наших жизней.
– Если твоя…посланница, – смягчила я то, что вертелось у меня на языке, – хочет уничтожить враждебный клан в одиночку, то считаю необходимым предложить тебе другую кандидатуру, поскольку выскочки и самоуверенные личности чаще всего портят все карты.
Аро тревожно посмотрел на меня и промолчал на мое замечание.