– Да. Ещё побуду тут немного, – ответила я и, поставив руки на каменное ограждение, всмотрелась вдаль.
Лесми покинула меня, позволив моим мыслям захватить мое сознание. Остаток ночи я проведу в раздумьях, а с рассветом новый страх повяжет меня по рукам, дабы подчинить себе без остатка.
Охота на грех
Всякое беззаконие как обоюдоострый меч:
ране от него нет исцеления.
Сир.21,4
Солнечные лучи пробивались сквозь наплывшие тучи. Снова начался снег. Я уже все решила для себя, но теперь все зависло от обстоятельств и от требований Люциана.
Я зашла в тронный зал. Здесь было пусто. Пройдя по помещению, я села на трон Виктора, откинувшись спиной на правый подлокотник и закинув обе ноги на левый, безвольно свесила руки.
В холле послышались шаги. В дверях показалась Соня.
– Аро сказал, что ты останешься здесь до завтра, – произнесла она, приблизившись ко мне.
– Да…он хочет, чтобы я обсудила с Люцианом условия нового договора… – глядя в потолок, ответила я.
Она села на край трона своего отца, взяв мою руку в свою ладонь.
– Я же все прекрасно поняла, – сообщила она.
– Что именно? – стараясь не смотреть ей в глаза, поинтересовалась я.
– Ты остаёшься с Люцианом…
Она поднялась со своего места и отошла от меня.
– Нет, знаешь, я не против. Он меня уже не любит. То, что было между нами несколько столетий назад давно ушло. Нет той страсти. Он мечтает теперь только о тебе. Зря ты меня оживила. Я, конечно, благодарна тебе за это, но… Такая жизнь хуже смерти от рук отца.
– Соня! Я не хочу, чтобы ты обвиняла меня во всех своих неудачах! – я резко встала с трона.
– Я ни в чем тебя не обвиняю!
– Ты сама виновата! Если ты не способна завоевать любовь собственного мужа, которую он некогда испытывал к тебе… В этом нет моей вины! Ко мне у него страсть, что когда-то была и к тебе. Ликаны не способны на любовь!
– Можно подумать, что вампиры способны!
– У нас ценится институт семьи! Мы убиваем за предательство брака!
– А сами вершители судеб нарушают закон!
– Ты обо мне?
– Да! Ты останешься здесь, чтобы уединиться с Люцианом! Ты до сих пор не остыла к нему!
– Я остыла ко всем, кроме Аро! Тебе бояться нечего! Меня и твоего мужа больше ничего не связывает и я, действительно, остаюсь здесь, чтобы подписать новый договор между нами!
– О каком договоре идёт речь?!
– Я не могу сказать тебе! Это тайна старейшин!
– И Аро позволил тебе прелюбодеяние?!
– О чем ты говоришь?!
– Ты прекрасно меня поняла!
– Хочешь знать правду?!
– Да!
Я подошла ближе и начала тихо говорить.
– Агнесса хочет связать свою судьбу с Леоном. Старейшины против этого брака. Я остаюсь здесь, чтобы попросить Люциана уговорить Леона отказаться от этой порочной любви.
– Почему это нельзя сделать сейчас, пока все члены обоих кланов в Венгрии?
– Этот разговор носит личный характер и не относится к судьбе клана в общем.
– Зачем тогда мне уезжать вместе с Вольтури?
– Аро хочет провести посвящение для новообращенных. Для этого нужно присутствие всех. Торжественное мероприятие, знаешь ли.
– Почему бы нам не вернуться вместе с тобой в Вольтерру после того, как ты обсудишь все вопросы с Люцианом?
– Так решил Аро.
– Тогда я подчиняюсь его приказу.
Соня вышла в холл. Я же поднялась в спальню Агнессы. Она крепко спала.
Сев на край ее постели, я расправила ее волосы, поцеловала в висок. Она вздрогнула.
– Нам уже пора? – спросила она у меня.
– Нет, милая. Сейчас только утро. До отъезда осталось три часа, – успокоила я её.
– А Леон поедет с нами? – забеспокоилась она.
– Нет. Он останется со своим отцом.
– Почему старейшины собирают весь клан?
– Аро хочет провести обряд посвящения новорожденных.
– А когда приедешь ты?
– Как только улажу кое-какие дела с Люцианом.
– Мы расторгаем союз с ликанами? – испугалась она.
– Нет, милая. Мы заключаем новый союз.
Я нагло лгала в глаза собственной дочери, ощущая мерзкий запах смрада от собственной лжи.
– Поспи ещё немного, – ласково произнесла я.
– Я хочу попрощаться с Леоном, – попросила она.
– Перед отъездом. Сейчас это ни к чему.
Агнесса потянулась в кровати и, обхватив подушку, продолжила прерванный сон. Я же следующие два часа провела в библиотеке.
Вольтури собрались на улице, готовые к отбытию. Аро зашёл ко мне, когда я доставала с полки очередную книгу.
– Уже уезжаете? – уточнила я.