– До чего нас довела жизнь… – задумчиво проговорила я.
– Нам нужно кое-что обсудить, – напомнил он.
– Почему ты меня не казнил? – не слушая его слов, спросила я.
– Потому что… Ты нужна мне. В противном случае, миссия, возложенная на тебя законом Вольтури, снова достанется старейшинам.
– Лжешь, – слегка поморщившись, упрекнула я.
– Поражаюсь твоему дару.
– Так ты ответишь на вопрос?
– Вольтури не дают второго шанса. Это первый закон клана. Однако, способы наказания бывают разными. Тебе, например, предстоит провести оставшуюся вечность с нелюбимым мужчиной, – он вгляделся в фонарный свет за окном.
– Удивительное наказание, особенно, когда это и не наказание вовсе.
– Поясни.
– Люциан… Это тот, кто хорош в определенные моменты, когда ты наслаждаешься эстетикой его тела, боем, в котором он участвует, его силой и хищной, животной энергией. Ты же прекрасен по своему: мягкий, добрый, чуткий, внимательный, но внутри тебя – кровавый тиран, хозяин положения, властный охотник, желающий крови жертвы, машина для убийств, любитель искусства и ледяной маньяк… Вот в чем разница между вами. С ним можно провести ночь, день, месяц, год или максимум пять. С тобой же я готова остаться навсегда.
Он вгляделся в мои гранатовые глаза, сияащие в сумраке ночи, взял руку и прикоснулся губами к запястью.
Я подняла его голову, дотронувшись пальцами до подбородка, приблизила к себе и обожгла ледяным поцелуем.
– С тобой я дома. Не зависимо от места и времени, – окончательно убедила я его в своей честности.
– Я это знаю, – продемонстрировал он хищный оскал и потянулся за очередной дозой блаженства.
Я положила свою ладонь на его грудь, остановив тем самым его притязания.
– А теперь, родной, – начала я деловым тоном, – расскажи мне, пожалуйста, какого черта ты приказал убивать новорожденных?
– Видишь ли, ресурсы, коими мы питаемся довольно ограничены, а посему…следует соблюдать численность вампиров в средних показателях. Если их станет больше положенного, то они начнут охотиться довольно много и станут вызывать подозрения у смертных. К тому же, новорожденные, которых ты привела из России, выполнили свою миссию и больше не нужны нам. И, делая выбор между талантливыми и не очень, я отдал предпочтение тем, кто сможет ещё послужить Вольтури своей уникальностью.
– Довольно расчётливо, ты не находишь?
– Я думал исключительно об успехе клана и его процветании.
– Почему ты не сказал мне?
– Я не хотел, чтобы ты несла бремя на своих плечах.
– Но я его несла, ведь так?
Он замолчал, поправляя мои волосы.
– Что будем делать с ликанами? – вспомнила я о Люциане, решив сменить тему.
– Наш союз с ними остаётся под вопросом и, скорее всего, будет рассторгнут. Брак вожака и Сони тоже. Не думаю, что она вернётся к нему после всего, что было между вами.
– То есть, мы заканчиваем сотрудничество с ними?
– Я бы не хотел видеть врага в лице Люциана, поэтому нам придется скрепить отношения новым браком.
– Агнессы и Леона… – догадалась я.
– Да, как бы мне этого не хотелось… Однако, если бы мне пришлось выбирать между твоим уходом из клана ради Люциана и супружеством дочери с сыном ликана, я бы отдал предпочтение второму. Особенно, после того, как я узнал ваши с ним планы, в случае, если ты покинешь Вольтури и организуешь восстание вместе с вервольфами и Калленами.
– Иногда я ненавижу твой дар, – огрызнулась я.
Он лишь довольно улыбнулся.
Солнце ярко светило сквозь занавешенные окна моей спальни. Я стояла в темноте комнаты и смотрела на улицу. Большую часть жизни я провела в северных странах, там где снег покрывает землю толстым одеялом, а здесь, в Италии накануне рождества не было даже намека на зиму, однако новогодняя ёлка, гирлянды украшали весь город.
На площади, что виднелась прямо под моим окном, было много смертных, в основном туристов. В какое-то мгновение между людьми мелькнула фигура, в которой я сразу же признала одну из Вольтури, судя по осанке и скорости движений. Единственное, чего я не могла понять, почему кто-то, кроме Хайди, разгуливает в солнечный день по главной площади городка.
Загадочная фигура остановилась возле фонтана, огляделась по сторонам. Жители были увлечены своими делами, а туристы любовались красотами старинных зданий. Незнакомка отбросила капюшон, но, находясь в тени так и не смогла поймать лучи солнца. Я узнала Соню. До линии света оставалось два-три метра. Она медленно начала выходить из сумрака. Хайди, что показывала туристам достопримечательности, увидев это, стремительно бросилась в сторону жены Люциана, сбила ее с ног. Смертные в недоумении следили за происходящим. Через мгновение возле двух девушек, упавших на каменную мостовую, показались двое стражей Вольтури. Они, схватив Соню под руки и набросив на нее капюшон, поволокли внутрь резиденции.