Многочисленная армия диких ликанов остановилась на полном ходу в двадцати метрах от Люциана, прижав свои морды к земле, преклоняясь перед его властью и силой. Когда мы подоспели, всё уже было решено, и оборотни первого поколения, поменяв курс, отправились на поиски другой пищи.
Спрыгнув с Нокса, как только он остановился, я бросилась к вожаку, хоть он и не вернулся в человеческую плоть. Подбежав к нему, замедлила ход в паре шагах от него, вглядываясь в блеск лазурно-голубых глаз.
– Знал бы ты, как я испугалась! – прокричала я, чувствуя, что отчаяние сковывает моё тело.
Он трансформировался, представ передо мной.
– Ты спасла эту деревню, – бросив взгляд на поселение смертных, произнес он.
– Да плевать я хотела на людей! – казалось, я впадала в истерику, зажимая рот своей рукой.
– Ну всё, хватит, – он заключил меня в объятия, чувствуя, как меня бьёт крупная дрожь.
– Вы утолили голод! – простонала я. – Пора уже вернуться!
– Да, всё в порядке! Возвращаемся к замку! – приказал он стае.
– На, держи! – я сняла накидку, набросив ему на плечи.
Он забрался на коня, помог мне сесть за своей спиной и погнал его вперёд. За нами побежали ликаны.
Въехав во двор, я сама спустилась на каменную мостовую, попросила Тейлора, что уже обратился в человека, поставить зверя в стойло, а сама, зайдя внутрь здания, поднялась в свою комнату, взяла из пакета, что днём мне принёс Рейз, пачку томатного сока и отправилась на крышу, которая по-прежнему была залита лунным светом.
Открутив пробку на упаковке, я сделала пару глотков соленого и вязкого напитка. Он приятно успокоил мои вкусовые рецепторы, пока я садилась на, практически горизонтальный, склон черепичного покрова.
Внизу, в ущелье, сгущался седой туман, но лес оставался темным, хоть в нем и можно было различить отдельные фигуры диких ликанов где-то вдали от замка.
– Ты и впрям за меня испугалась? – спросил Люциан, садясь рядом со мной, уже одетый как полагается.
– Да, – ответила я, хоть мне и показалось, что в этом слове была какая-то доля лжи. – Но это было восхитительно, – честно призналась я.
– Что именно? – он взял пачку сока, которую я держала в руке, посмотрел на этикетку и слегка поморщился. – Как ты можешь это пить?
– Вообще-то, это вкусно, – фыркнула я. – Но я говорила не об этом. А о том, что ты один сдержал набег огромной стаи.
– Я – вожак. Должен защищать свою территорию. А дикие волки подчиняются мне, потому что я здесь альфа.
– Ты господин только для вервольфов? Или обычные представители собачьих склоняют головы перед тобой?
– Нет. Они просто забиваются в угол. От нас исходит специфический запах… Что-то вроде… Как это называют смертные? Феромоны, кажется… Так вот, именно этот аромат позволяет нам узнать среди людей себе подобных, а его характер определяет твоё положение в стае.
– А как пахнет от тебя? – лёгкое кокетство проскочило в моей интонации.
– Кому, как не тебе это знать?
Я сделала очередной глоток сока и, поставив его на черепицу, легла на спину, вглядываясь в узоры и кратеры на Луне.
– Почему она так на вас влияет? – спросила я, хоть ответ мне не был нужен.
Он, последовав моему примеру, тоже занял горизонтальное положение.
– Её свет сводит с ума только ликанов первого поколения. Мы же можем управлять своей трансформацией.
– Да, да, я помню…
В пятиста метрах от нас, туда, ниже в ущелье, бежала ледяная река, среди острых скал, в самой глубине бездны, что таила в себе неразгаданные тайны и проклятия вампиров и оборотней.
– Ты родился от волчицы… Но… Женщины не способны обращаться… – вспомнила я то, что интересовало меня вот уже несколько лет.
– Это была единственная волчица в своем роде. Гены имеют свойство мутировать, а значит, создавать гибриды и представителей новых поколений, – спокойно отвечал он, завороженно глядя на небо.
– Нелегка ваша жизнь, – вздохнув, заметила я.
– Мы живём от Луны до Луны, а на рассвете становимся простыми людьми.
– Простыми? – усмехнулась я. – С возможностью в любой миг изменить свою сущность, с неимоверной силой и скоростью… Да, действительно, вы – абсолютно простые люди.
– Иоанна, – он лёг на бок, разглядывая моё лицо в ледяном синевато-белом свете, – впереди будет то, что трудно назвать счастьем. Ты хочешь пройти через всё вместе со мной?
– Мне терять нечего, – отозвалась я, – переведя взгляд со звёзд на его глаза, что завораживали не меньше. – Даже время не утекает сквозь мои пальцы. Я останусь, Люциан. Пока только не знаю, зачем, но это лучше, чем бесцельное существование на этой земле.