Не могла я представить красивую эльфийку пусть и одетую в кожу, размахивающую кнутом и зловеще хохочущую над истерзанным телом.
По другую руку от меня сидела госпожа Дорри, чему я была очень рада. Чувствовала, что она не даст меня в беду, если кто-то попробует проверить на прочность новенькую госпожу.
Начался ужин, всё было чудесно. Салаты, разное мясо, десерты. Пили все безалкогольные напитки, среди которых я нашла любимый напиток, похожий на «Мохито».
Пока утолялся первый голод разговоры велись лениво, только между соседями. Но когда малышки наелись, и их отвели в детскую, разговоры стали интереснее и громче.
– Госпожа Зарина, ваши работы очень талантливы. А учительские способности на высоте, это показывают работы детей. – хвалила меня Кларин. – Всего несколько недель и мои внучки рисуют такие красивые пейзажи. – она довольно закатила алые глаза.
Остальные госпожи поддержали её слова, наперебой рассказывая, что рисовали их детки и какие прекрасные картины рисовала я сама.
– Кстати, чуть не забыла! – резко вспомнила про подарок для Верховных. – Я хотела отблагодарить Верховных за то, что они помогли организовать работу изостудии. Они не только нашли отличное помещение, но и помогли с охранной.
Я повернулась к Сусалу, подзывая его рукой к себе. У него была большая сумка с подарками для Санти, Тиары и Кларин. Я достала холсты на подрамниках и протянула им по очереди.
На них я изобразила самое важное для женщины. Её детей и внуков. У Санти на портрете была малышка Фиона, у Кларин – её милые внучки, что ходят ко мне на занятия, а у Тиары – Хинесса с моими дядями, но не взрослыми, а маленькими, на холсте им было около двенадцати.
– Богиня, неужели это мои внучки? – на глазах Тиары навернулись слёзы. – Я уже и не помню их такими малышами. Выросли пацаны, скоро своего нянчить будут. – погладила она тётю по большому животу.
– Яся, ты только глянь! Какая Фиона тут красивая… – умилялась Санти, теряя флёр важности и превращаясь в любящую бабушку.
– Она словно сказочная фея. – подтвердила слова свекрови госпожа Ясмина, разглядывая портрет дочери.
– А мои внучки один в один. – важно заметила Кларин. – Лами́на, не даст соврать. – кивнула она, на свою дочь.
У той тоже были красные глаза, но волосы были рыже-каштановыми и кудрявыми.
– Невероятное сходство. Словно фотография, но более объёмная. – осторожно потрогала она холст, будто боясь испортить. – Обязательно повесь у себя дома. Или у нас повесим. – предложила с азартом она, но мать быстро её опустила с небес на землю.
– Нет, уж. Мой подарок! – прижала она к себе изображение внучек. – Повешу у себя в гостиной, чтобы чаще видеть малышек. Ты же даже сегодня их дома оставила. – нахмурила она чёрные брови.
– Ра́я заболела, у неё высокая температура, а Сци́фа захотела остаться у подруги с ночёвкой. – оправдывалась перед мамой Ламина. – Как только Рая поправиться я сразу её к тебе приведу, вместе с Сцифой. Хоть на неделю оставлю. – сразу была видна предприимчивая мама, уставшая и мечтающая об отпуске без детей.
– Ловлю тебя на слове. – быстро произнесла Кларин и снова посмотрела на мой подарок. – До чего же талантливо. Не зря мы доверили вам, госпожа Зарина, обучение наших деток.
Все женщины за столом поддержали Верховную. Я слушала как они обсуждают возможность заказать и себе портреты детей, внуков. Вроде как, я задала новый тренд, и теперь все хотят мои работы.
– А у нас есть подарок для госпожи Зарины. – когда немного стихли голоса, заговорила Санти, но её голос был наполнен сталью и, я уверенна, гневом.
Все за столом напряжённо замерли, такое чувство, что сейчас должна была ударить молния и никто не хотел стать мишенью.
– Благодарю за эту честь. – ответила предельно вежливо.
– Ой, не стоит благодарностей. – отмахнулась она, выпивая до дна свой бокал. – Для нас он тоже стал неожиданностью. – она повернулась и махнула одному из охранников у дверей, после чего он вышел.
Я не поняла смысл её слов. Ведь подарок готовят заранее, так почему он стал неожиданным для дарителей?
Когда отворились двери внутрь вошёл тот же охранник, но уже не один. На поводке он вёл худого раба, явно не эрсхонца, так как кожа была бледной и не блестящей. На голове у раба был серый мешок, так что разглядеть лицо не было возможности, но мне он показался знакомым.
Раба вывели в центр столовой, чтобы все могли его разглядеть. Повезло, что детей увели из комнаты, так как на рабе не было даже трусов. Глядя на худое тело с мелкими и большими синяками то тут, то там, я думала, кого же из моих знакомых он напоминает. А ещё зачем мне этот раб? Странный подарок от Верховных…