– Дамы, позвольте вам представить преступника, которого поймали сегодня утром наши стражи недалеко от аэропорта. – холодный голос Верховной Санти напоминал горную реку, смотреть можно, но приближаться не стоит.
После этих слов с раба сорвали мешок,
– Ах! – я громко ахнула, не сдержавшись.
Передо мной стоял голый избитый Антон Липкин! Мой неудавшийся жених с Земли. Выглядел он ужасно, ведь помнила я его в дорогом костюме, гордо шагающего по залу, в тот самый день, когда я покинула Землю.
Золотые кудряшки были в беспорядке и грязи, словно его долгое время волочили по пыльной дороге, под одним синим глазом наливался такой же синий фингал, верхняя губа была разбита, а на подбородке были видны подтёки засохшей крови.
– И для чего же к нам проник землянин? – услышала переливчатый голос госпожи Фанисии за спиной. – До этого они держались от Эрсхо подальше. Неужели тоже промышляют работорговлей?
– Нет, на Земле рабство под запретом. – спокойно заметила Верховная Кларин, хотя если смотреть ей в лицо, можно было понять, что она в ярости. – У него были личные счёты.
От такой информации я напряглась всем телом. Неужели Липкин прилетел так далеко ради меня? Но зачем? Не мог же он думать, что я вернусь с ним обратно, бросив мужей.
– Всё так. – продолжила стальным тоном Санти. – Этот мужчина прилетел сюда на нашем корабле, спрятался в коробке с товарами с Земли. Его целью было похищение госпожи Зарины, с целью насильного замужества. Кроме того, чтобы стереть «позор», он хотел убить её супругов.
– Ах, ты скотина! – выплюнула госпожа Дорри, что сидела рядом со мной.
Как мать Хауна она была в ужасе от того, что кто-то покусился на её единственного сына и его семью. Серые глаза метали стрелы в избитое тело землянина и будь её воля, Липкин уже бы не дышал.
– Не переживай, Дорри. – постаралась успокоить её третья Верховная, Тиара. – Он был схвачен на выходе из аэропорта, так что ничего не успел сотворить. Наши стражи его немного помяли, зато смогли выяснить цель его прилёта, статус и даже сообщников.
От последних слов в горле пересохло, а в глазах потемнело. Скорее всего помогал с воплощением идиотского плана Липкину мой отец. А значит у него будут серьёзные проблемы из-за того, что землянин попался. Чем он только думал?! Точнее, они оба.
– Верховные, я не знаю, что сказать… – едва могла шевелить губами от ужаса и шока. – Я даже в кошмарах не думала о том, что такое случиться. – глаза начало щипать от слёз и, если бы не тёплые руки тёти и свекрови, что сжали мои ладони, я бы точно расплакалась.
– Не тебе надо плакать, Зарина. – заметила Верховная Тиара. – Ты не виновата, что среди твоего окружения были неадекватные мужчины. Такое случается со многими женщинами, потому мы серьёзно подходим к вопросам безопасности. А также к наказаниям за несоблюдение наших законов. – она кинула недобрый прищуренный взгляд на Липкина, отчего тот мелко задрожал.
А может от холода, так как стоял совершенно голым в прохладной комнате, без возможности прикрыться. Руки у него были связаны за спиной толстым пластиковым жгутом.
– Какая учесть его ждёт? – не испытывая и грамма сочувствия к Липкину, спросила Верховных, как местных правительниц.
Он собирался меня похитить и насильно сделать своей супругой, это ещё можно было простить, но вот желание смыть позор кровью моих мужей, я прощать не собиралась. За свои поступки надо платить.
– О-о-о… – с предвкушением улыбнулась Санти, напоминая ведьму, к которой на обед попался Иван Дурак. – У нас было множество планов, но решили остановиться на одном. С твоего одобрения, конечно. – она посмотрела на меня и заметив решимость во взгляде, уважительно кивнула. – По нашим законам любой мужчина, проникший на Эрсхо теряет статус свободного и становится рабом.
– Вы знаете кто я? – прошипел Липкин, теряя самообладание. – Я известная личность на Земле. В моих руках власть и деньги, вы не имеете права меня удерживать на вашей вшивой планете! – кричал он, багровея лицом.
Если раньше про него можно было сказать, что он был красив, но побит, то сейчас он потерял лощеность и напускное величие. Он был похож на безумца: глаза фанатично блестели, язык нервно облизывал губы, тело дрожало, как в припадке.
– Молчать! – один удар в живот от стража и Липкин согнулся пополам, жадно вдыхая воздух. – Пока не спросят, раб должен молчать. – строго отчитал он землянина, смотря на него, как на грязь на туфлях.