– Не за что, дорогая. – подмигнул мне золотым глазом Рик.
– Когда госпожу Елену увезут в родильную приходи к нам. – Рей, как всегда, излучал спокойствие и умиротворение. – Мы будем ждать пока не родиться твой кузен.
От прилива чувств я расцеловала всех своих мужей, прежде чем войти в палату к тётушке.
Когда мы вошли в просторную палату, оформленную в мятно-голубых цветах с большим количеством цветов в напольных и настольных горшках, я сразу заметила бледную тётю Лену, что полулежала на кровати. Вокруг неё стояли разные экраны, которые показывали мерный стук сердца и волны во время схваток.
– Ну, наконец-то. – сразу оживилась тётя. – Они переодели меня в эту дырявую рубашку размера для бегемотов, осмотрели во всех местах, куда даже мужья мои не заглядывали, и бросили, сказав, что, когда настанет моё время за мной придут. – ворчала она. – Знаете, как угрожающе это звучит от врачей!
– Тётя прекрати драматизировать. – усмехнулась над её недовольной миной. – Лекарь Фил сказал нам, что с тобой и ребёнком всё в порядке.
– А Лявас и Локус успеют на роды. – от этой новости у тёти загорелись глаза. –Им лететь ещё чуть больше часа, а лекарь Фил сказал, что родишь ты часов через пять.
– Это самое хорошее, что я слышала сегодня. – тяжко вздохнула тётя, скривившись от очередной схватки. – Я думала, что рожать будет легче. – на лбу тёти выступила испарина. – Теперь трижды подумаю, прежде чем заводить второго.
От слов тёти у меня волосы на загривке встали дыбом.
Я только захотела стать мамой, испытать радости материнства, а она заявляет о том, что ни за что не захочет пройти через это во второй раз. Неужели рожать настолько больно и страшно?
Всё время, что мы с Лефусом развлекали тётю, я размышляла насчёт того, стоит ли мне заводить ребёнка. Смотря на то, как тётя в течение нескольких часов стонет и морщится, а её живот ходит ходуном, моё сознание заволокло множество страхов и мрачных образов.
– Лена! – в палату влетели запыхавшиеся дяди. – Как ты? Родила? – хором спросили Лявас и Локус, уставившись на тётю Лены.
– Успокойтесь и прекратите кричать. – осадил братьев Лефус. – Вы вовремя успели, родовая деятельности усиливается. Совсем скоро поедем в родовую.
– Слава богине! – облегчённо выдохнул Лявас, падая на колени у больничной кровати. – Дорогая, мы нарушили множество правил пока ехали сюда, стараясь не опоздать. Я чуть не поседел, представь, как я буду выглядеть седым. – схватился за огненную шевелюру младший из тройняшек.
– Я бы любила тебя любого. – тётя настолько растрогалась, что начала громко шмыгать. – И наш сын смог бы отличать тебя от других отцов по седине.
– Вот когда сын начнёт осваивать мир и набьёт первые синяки, тогда я и поседею. – заявил Лявас, целую жену в ладонь.
В это же время Локус расспрашивал брата о том, что произошло и что сообщил лекарь. Окончательно успокоившись, он крепко обнял тётю и поцеловал в макушку.
– Больше никогда тебя не оставлю. – прошептал он, но я сидела рядом и всё слышала. – Буду рядом с тобой и малышом, пока он не научиться ходить и не сбежит от моей любви.
Странно было слушать столь эмоциональные вещи от всегда сдержанного дяди Локуса.
Смотря на тётушку в окружение мужей, в моей голове закрались сомнения. Если беременность и роды приносят столько страданий, почему же дети так сближают родителей?
– Разве это не волшебство… – вырвалось из меня.
– Что именно, Зара? – спросила меня тётя.
– Семья, дети. – перечисляла я. – Разве не волшебство, когда любящие люди могут создать жизнь, соединить свою кровь и породить кого-то в ком будут черты и матери, и отцов?
– Глубокая мысль. – уважительно посмотрел на меня младший из братьев.
– Волшебство, говоришь… – задумалась тётя, но тут её скрутила особо сильная схватка и она громко закричала. – А-а-а-а! Мамочки!
Один из экранов долго и пронзительно запищал. Тут в палату вошёл лекарь Фил с парой медбратьев. Они быстро пересадили тётю на каталку и повезли в родильную. Дяди переоделись перед дверями палаты и вошли внутрь, я же осталась в коридоре.
– Зарина, иди к мужьям, как только что-то будет известно, я приду за тобой. – напоследок сказал мне Лефус, а после скрылся за дверьми.
Почти сразу я услышала голос лекаря Фила, требующий тётю успокоиться, и её громкий крик, переходящий в ультразвук.
Я не стала стоять под дверями в ожидание окончания родов, вместо этого отправилась к мужьям в зону ожидания. Они сидели на диване, что-то обсуждая и печатая на планшетах.
– Милая, – заметил первым меня Рей, вскакивая с дивана и подходя ко мне, – ты выглядишь очень бледной. Что-то случилось?