«Ты очень уверен в себе, не так ли?»
«Это не самоуверенность, Пташка, - заметил он. – Это правда».
Оказалось, Санса нашла что-то смешное в его словах, потому что она разразилась громким смехом, сильно его озадачив, но ему пришлось признать, что звук ее смеха стоил его замешательства. Запах ее духов, заполнивший весь салон его автомобиля, возбуждал не только его обоняние. Он снова взглянул на нее краешком глаза.
Санса Старк реально была здесь рядом с ним.
«Ты не передумала? – тихо пробормотал он.
«А почему я должна была передумать?» - спросила она в ответ.
Сандор не ответил ей. Он мог навскидку придумать множество причин, почему любой нормальной девушке даже в голову не придет встречаться с ним, и он все еще сомневался в том, что это действительно происходит. Он не мог расслабиться, по-настоящему не мог. Сейчас она была с ним. Он не знал, как долго это продлится. Все, что он знал, так это то, что она была хрупкой, а он был здоровенным громилой, который никогда не ладил с хрупкими вещами вокруг себя.
Они достигли парковки Королевской Подготовительной школы гораздо раньше, чем ему хотелось бы, и он припарковался на своем привычном месте. Он поводил плечами, пытаясь снять напряжение в сведенных мускулах. Санса обернулась к нему, и он вопросительно посмотрел на нее.
«Давай сделаем это», - произнесла она решительным тоном.
Сандор заметил, что ее голубые глаза что-то искали в его лице. Он не знал, что она надеялась в нем найти, но что бы это ни было, он хотел заверить ее, что будет рядом с ней столько, сколько она пожелает.
«Не волнуйся, - сказал он. – Я рядом».
__________________________________________________
Джендри
Этим утром около его дома уже собралась толпа журналистов, которые хотели получить от него несколько слов. Он знал, что СМИ будут интересоваться им, ведь теперь его определили как внебрачного сына Роберта Баратеона, но он не ожидал, что репортеры будут толпиться около его дома. Он чуть не задавил их, когда поехал утром в школу.
«Что за хрень?» - нахмурился он, когда какой-то парень начал фотографировать его.
Женщина перегородила ему дорогу, и Джендри опустил окно: «Леди, вы не могли бы отойти с дороги?»
«Джендри? – спросила женщина, проигнорировав его просьбу. – Ты ведь Джендри Уотерс, верно?»
«Ага», - ответил он, продолжая хмуриться.
«Я из Вестей Вестероса, - сказала женщина. – Что ты почувствовал, узнав, что ты сын Роберта Баратеона?»
«Я не буду отвечать на вопросы, леди, - просверлил ее взглядом Джендри. – В любом случае, я несовершеннолетний, поэтому по закону вам нужно переговорить с моими приемными родителями, если хотите получить интервью».
Он взревел двигателем, и женщине пришлось уступить ему дорогу. Взглянув в зеркало заднего вида, он увидел, что репортер и фотограф смотрели в камеру и улыбались. Очевидно, они все-таки получили его фотографии.
Пока он шел в школу, каждый встреченный по пути человек пялился на него или делал вид, что не пялится. Он немного привык ко взглядам незнакомцев во время ажиотажа вокруг «Музыкальной Битвы», однако оказываемое ему теперь внимание было совершенно иным. Ему было неприятно от этих липких цепких взглядов, вторгавшихся в его личное пространство.
«Это же он…»
«Он наполовину брат Джоффри…»
«Они совсем непохожи…»
По пути в классную комнату он наткнулся на поджидавших его Пирожка, Эдрика и Берика. Его друзья прятали за улыбками свое истинное настроение.
«Привет, парни! – поприветствовал он их. – Хорошо провели выходные?»
В тот день, когда он вышел из офиса адвоката, первым человеком, которому он позвонил, был Пирожок. Пирожок подобрал его на машине, и они стали кататься по Королевской Гавани, оказавшись в итоге по адресу «Удачи 8», где Пирожок и Брюс услышали от него рассказ о его первой встрече с биологическим отцом. Оба проявили сочувствие и понимание, а также посоветовали , как ему вести себя, внезапно оказавшись под пристальным вниманием общественности.
«Твоя ситуация уникальна, - сказал Брюс. Немногим людям выпало испытать такое. – Все, что я могу для тебя сделать, это выслушать и позволить укрыться здесь от посторонних глаз».
«Я не собираюсь сбегать и прятаться», - заявил Джендри.
“Я совсем не это имел в виду, - поправил Брюс. – Все, что я хочу сказать, так это то, что если тебе понадобится место, чтобы передохнуть, мои двери всегда открыты».
«Ага, старик, - слегка двинул его рукой Пирожок. – Я тебя прикрою».
Джендри был благодарен им, и хотя он не мог выразить свои чувства, они поняли, что оначает его молчание.
Эдрик и Берик переглянулись, после чего Берик взял его под руку и повел в пустой класс. В минувшие выходные Джендри не отвечал на их звонки и сообщения, потому что чувствовал себя не в силах повторять одно и то же. Его друзья всего лишь беспокоились о нем, подумал он, и не было никаких причин, чтобы скрывать от них правду.
«Джендри, ты в порядке?» - спросил у него Берик.
«Чувак, это статья в Вестнике была бредом сивой кобылы», - заявил Эдрик.
Джендри взглянул на Пирожка: «Ты им еще не сказал?»
«Неа, старик, - покачал головой Пирожок. – Не мое дело в это лезть».
Джендри кивнул головой Пирожку в знак признательности, после чего улыбнулся Берику и Эдрику, которые настороженно посомтрели на него.
«Джендри?» - подтолкнул его Берик.
«Сюрприз, парни! – произнес Джендри с наигранной бодростью. – Я – давно потерянный бастард Роберта Баратеона!»
Берик тихо присвистнул, а Эдрик с громким возгласом вскинул руки. Джендри дал им пару секунд, чтобы оправиться, и продолжил: «Посреди всех этих сплетничающих и глазеющих людей… и прессы, я не знаю, что теперь будет. Но насколько я могу судить, это ничего не меняет. Я все еще я».
Берик первым вернул себе хладнокровие и, как старший товарищ, ободряюще похлопал его по плечу: «Я здесь, если тебе будет нужно поговорить, старик».
«Как и я, - предложил Эдрик. – Если Джоффри или кто-нибудь еще начнет наезжать на тебя, мы будем с тобой».
«Спасибо, парни».
Он поблагодарил их не только за поддержку в том, что было для него действительно важным, но и за то, что они не стали совать нос или выспрашивать у него подробности, это он ценил особенно высоко. Однажды он будет способен поговорить обо всем этом, просто узнав имя и лицо того человека, который был его отцом, он еще пока так и не свыкся с этой мыслью, и тем более не был готов обсуждать это с таким количеством людей.
«Увидимся на ланче в корпусе Сценических Искусств, ладно? – сказал Берик перед тем, как пойти в собственный учебный класс.
«Удачи тебе сегодня, - пожелал ему Эдрик. – Не слушай сплетни, чувак».
Это проще сказать, чем сделать, выяснил Джендри. В его классе весь первый и второй урок стоял гул – перешептывание и переглядывания не утихали. Учительнице даже пришлось пригрозить, что оставит весь класс после занятий, если еще раз услышит чей-нибудь шепот. Джендри спрашивал себя: может, стоило на несколько дней остаться дома, по крайней мере, накал страстей бы поутих, но он отмел эту идею, посчитав ее просто побегом.
Позже, в тот же день, он столкнулся в коридоре с Сансой Старк и с удовольствием прошел бы мимо, но рыжая перегородила ему путь.