Их провели через огромные двери в самое большое фойе, какое Джендри когда-либо видел. Он едва сдерживал себя, чтобы не вертеть головой по сторонам с открытым ртом. Полы были сделаны из темного мрамора, а четыре колонны, которые поддерживали потолок, были из того же мрамора, в бороздчатых прожилках которого поблескивали, казалось, вкрапления золота. В фойе была пара изогнутых лестниц, перила и ступени которых были из мрамора с золотыми вкраплениями, а балюстрада представляла собой затейливые узоры из кованого железа и позолоты. Лестницы вели на площадку второго этажа с выходом в галерею, где Джендри успел рассмотреть несколько колонн с арками.
Свисающая с потолка роскошная хрустальная люстра освещала большой герб, который был вывешен на вершине лестницы.
«Это фамильный герб, - сказал Станнис, перехватив взгляд Джендри. – Баратеоны имеют английское происхождение, наш дворянский род уходит корнями в глубь веков».
Герб представлял собой черный силуэт коронованного оленя на желтом поле. Ниже была надпись на латыни. Furia nostra est.
«Это переводится как нам ярость, - пояснил ему Станнис. – Девиз нашей семьи с тех времен, когда наши предки владели мечами и сражались в королевских войнах. Теперь никто точно не знает, что значат эти слова, но мне нравится верить, что они означали силу, усердие и стойкость, присущие тем, в ком течет наша кровь».
Затем Станнис сделал знак следовать за ним. Они прошли через дверной проем за парными лестницами и оказались в круглом атриуме***, который был еще грандиознее фойе и мог похвастаться даже большим количеством мрамора, хрусталя и золота. Джендри понял, что это помещение находилось в основании башни, которую они видели снаружи.
Несколько дверей и коридоров вели из атриума, некоторые из них были освещены, а другие оставались затененными. Когда Джендри посмотрел вверх, он увидел парящий высоко над ними потолок с витражами и куполообразной крышей. Всё пространство было покрыто фреской, изображающей штормовые небеса, открытые всем ветрам отвесные скалы и величественных оленей. Это было настолько невероятное зрелище, что у Джендри просто не было слов.
«Могу я позвать вашу супругу и дочь, чтобы они присоединились к нам?» - спросил Давос у Станниса.
«Да, спасибо».
Извинившись, Давос вышел, а Джендри с Арьей последовали за Станнисом по другому коридору.
«Это прекрасный зал, мистер Баратеон», - произнесла Арья, идя рядом с Джендри.
«Он великолепен, - подтвердил Станнис. – Хотя я слышал, что Большой зал в поместье Винтерфелл почти такой же».
«О нет, - отрицательно покачала головой Арья. – У Большого зала нет куполообразной крыши».
Услышав ее ответ, Джендри поднял бровь, размышляя о том, какое воспитание она получила, и насколько велик был замок поместья Винтерфелл.
Они оказались в гостиной с кожаными креслами, плюшевым диваном и окнами от пола до потолка, обрамленными портьерами из золотой парчи. Джендри присел рядом с Арьей на диван и смотрел, как женщина, которую Станнис представил как свою экономку, поставила на кофейный столик перед ними поднос с охлажденным соком и белым вином.
«Когда подавать ужин, мистер Баратеон?»
«Дайте нам пятнадцать минут, миссис Джонс».
Экономка ушла, и вскоре к ним присоединился Давос в сопровождении высокой худощавой женщины с каштановыми волосами и маленькой девочки, длинные черные волосы которой были заплетены в две косички.
«Джендри, познакомься с моей женой Селисой и нашей дочерью Ширен… Селиса, это Джендри Уотерс. И конечно же, ты помнишь Арью? Это младшая дочь Неда Старка».
Селиса Баратеон не произвела теплого впечатления на Джендри, но она вежливо его поприветствовала, после чего поздоровалась с Арьей. Маленькая девочка с любопытством взглянула на него, и Джендри с улыбкой опустился на одно колено, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Увидев шрамы на одной стороне ее лица и шеи, он понял, что она была легкой мишенью для травли в школе.
«Привет, Ширен, - он протянул ей руку, чтобы она ее пожала. – Меня зовут Джендри».
Ширен немного помолчала, но с одобрения отца она улыбнулась Джендри в ответ и пожала ему руку.
«Приятно познакомиться, Джендри», - сказала Ширен.
«Сколько тебе лет?»
«Девять с половиной».
«Так значит, ты в третьем классе?»
«Я уже в четвертом», - поправила она его.
«Упс. Ошибочка вышла, - Джендри скорчил гримасу, и Ширен хихикнула. – А что тебе больше всего нравится в школе? Лично я больше всего люблю перемены».
«Я люблю читать», - ответила Ширен, все еще хихикая.
«Правда? И у тебя есть любимая книга?»
«Есть».
«Тогда, может быть, ты мне расскажешь о ней чуть попозже, хорошо?»
Ширен кивнула, выглядя совершенно очарованной. Джендри выпрямился и увидел довольные взгляды на лицах присутствующих.
«Ты отлично ладишь с детьми», - сказал Давос.
«У меня есть семилетняя сестра - дочь приемных родителей», - объяснил Джендри. Он просто впал в режим старшего брата, не осознавая этого.
Затем Селиса вручила им стаканы с соком, которые принесла экономка, и в течение нескольких минут они обменивались любезностями. Арья отвечала на вопросы о своих родителях и каких-то людях по фамилии Талли, в то время как Джендри наблюдал, как изменились ее манеры и речь. Она четко формулировала свои фразы, была предупредительно вежлива и совершенно женственна, думал он.
Ужин подали в прямоугольную обеденную залу, которая по размерам была как целая квартира в Блошином Конце, в которой раньше жил Джендри. Вдоль одной длинной стены располагались три больших окна с видом на топиарный сад, а противоположная стена была обита дубовыми панелями в нижней части и отделана темно-зеленым бархатом в верхней. Позади основания длинного стола находился каменный камин, над которым висело живописное полотно, изображающее схватку оленя с драконом. Джендри заметил, что олень одерживал победу.
Джендри увидел, как Станнис выдвинул стул для своей жены, а Давос оказал такую же любезность Ширен. Джендри сделал то же самое для Арьи - он хорошо знал, как это делается - но не так изящно, как двое старших мужчин. И вот он сидел на старинном мягком стуле с высокой спинкой, отмечая тщательно сервированный перед ним стол. Вот же бл*дство, подумал он, они и вправду пользуются этой кучей столовых приборов. По телевизору он как-то видел совет, что начинать нужно с крайних приборов, но все же решил посмотреть, как будут есть остальные, и даже не дотронулся до своего комплекта. Он знал, что за ним тоже внимательно наблюдают.
Давос Сиворт от природы был интересным собеседником в отличие от Станниса Баратеона, и только благодаря усилиям личного помощника на протяжении всего ужина беседа за столом текла легко и непринужденно. Селиса оказалась замкнутой женщиной, такой же мрачной, как и ее супруг, но она демонстрировала те же манеры леди, которые Джендри заметил в поведении Арьи и Ширен. Станнис держался прямо, со спокойной элегантностью. Я смогу этому научиться, думал Джендри. Он мог научиться этой благородной манере поведения так хорошо, что у него это будет выглядеть столь же естественно, как и у окружающих. Когда изысканные кушанья были съедены и убраны, на десерт было подано малиновое суфле, после чего все перешли в гостиную, чтобы угоститься кофе и чаем. Именно в этот момент Станнис попросил Джендри прогуляться с ним. Джендри понял, что сейчас состоится разговор, ради которого все и затевалось. Арья одарила его ободряющим взглядом поверх головы Ширен, и Джендри покинул комнату вслед за Станнисом.