Джеймс одарил его приятной улыбкой: «Будьте любезны, мистер Уотерс, поднимитесь на подиум, чтобы я смог вас измерить».
«Чего?» - моргнул Джендри.
«Джеймсу нужно снять с тебя мерки, - заявил Станнис. – Без них он не сможет сшить костюм».
«Но зачем?» - спросил Джендри, пока Джеймс твердой рукой помог ему подняться со своего места и выйти на подиум перед зеркалом.
«Держите руки прямо, близко к телу, пожалуйста, мистер Уотерс, - инструктировал его Джеймс, - спину держите прямо, выпрямитесь и стойте ровно».
«У тебя есть костюм, Джендри?» - спросил у него Станнис.
«Нет, мне не нужна была подобная одежда».
«Скоро понадобится, - уверенно предрек Станнис. – Это часть того образа, который помогает тебе выстраивать мистер Кресссен. По платью часто судим мы о людях, написал когда-то Шекспир. Одежда делает человека, Джендри. Если ты собираешься присутствовать на публичных мероприятиях, где можешь столкнуться не только с Робертом или Джоффри, но и с другими известными личностями, то должен быть одет должным образом».
«Вы могли просто сказать мне пойти и купить костюм, - заметил Джендри, - вам не нужно было приводить меня сюда… Извините, без обид, Джеймс, у вас отличные костюмы».
Портной усмехнулся: «Не берите в голову».
«У Джеймса не просто отличные костюмы, - укорил его Станис. – Костюмы Джеймса ручной работы – это произведения искусства».
«Это высокая степень похвалы, мистер Баратеон», - произнес Джеймс, колдуя рулеткой над телом Джендри и иногда что-то записывая в блокнот.
«Ни за что не причислил бы вас к типу людей, которых волнуют подобные вещи», - покачал головой Джендри.
«Ты хоть что-нибудь слушал из того, что говорит тебе мистер Крессен? – окинул его тяжелым взглядом Станнис. – На подобных мероприятиях нельзя появляться в костюме, купленном в универмаге. Даже если тебя не волнует мода, там будут люди, которые с радостью ткнут пальцев в твой обыкновенный костюм… такой же, как и молодой человек, который его надел».
«Боже, какая чушь, - покачал головой Джендри. – Снова прошу прощения, Джеймс, ваши костюмы – произведения искусства».
Джеймс снова усмехнулся, явно забавляясь их обменом реплик.
«Как мы и говорили, Джеймс, у него будет пять костюмов. Ему нужны рубашки, галстуки, носовые платки и запонки к ним», - обратился Станнис к портному.
«Пять стандартных костюмов, - кивнул Джеймс, после чего указал на фигуру Джендри. – С его ростом и мышечной массой я предлагаю однобортные костюмы с наклонными карманами. Как правило, юноши предпочитают изящные силуэты и узкие рукава. На его фигуре пиджаки английского кроя будут сидеть просто изумительно. Что касается рубашек, то предлагаю остановить выбор на рубашках с французскими манжетами».
«Пять? Зачем мне пять костюмов?»
«Не будете ли любезны объяснить ему, Джеймс?»
«Конечно, - Джеймс перехватил взгляд Джендри. – Вам понадобится темно-синий шерстяной костюм, нейтрально серый шерстяной костюм, хлопковый костюм на лето, костюм с изысканным узором и классический черный костюм. Вам нужно пять костюмов на все случаи жизни. Каждый костюм для своей цели».
В течение нескольких минут Джендри слушал рассказ портного о том, что каждый из его новых костюмов будет обладать своей универсальностью, и в каких случаях их следует носить. К концу объяснения Джендри снова покачал головой.
«Стиль и выбор ткани полностью оставляю за вами, Джеймс. Уверен, у Джендри не будет поводов для жалоб», - объявил Станнис.
«Как он и говорит, Джеймс, - вздохнул Джендри и поднял руки, как велел портной, чтобы тот смог измерить бицепсы. – Все в ваших руках».
«Уверен, вы не будете разочарованы», - заверил его Джеймс.
«Сколько это займет времени, Джеймс? – спросил Станнис. – После этого у нас назначена встреча у кордвайнера».
«Недолго», - ответил Джеймс.
«А что такое корд…вайнер?» - недоуменно спросил Джендри, услышав незнакомое слово.
«Мастер по пошиву обуви, - ответил Станнис, - к твоим новым костюмам тебе потребуется соответствующая обувь».
«О, Господи…» - смиренно вздохнул Джендри.
Сапожник или кордвайнер, как настаивал Станнис, находился в другой студии на первом этаже того же здания. Пространство в ней было разделено на небольшой магазинчик с полками с выбором уже готовой обуви в передней части помещения, а в задней части пряталась мастерская за звуконепроницаемыми стенами.
«Вы удачно выбрали время, чтобы прийти, - сказал бородатый мужчина в очках, - лучше всего ноги измерять вечером. В течение дня ноги отекают, и таким образом, измерив ваши ноги в нынешнем состоянии, мы сможем подобрать для вас наиболее комфортную обувь».
У Джендри была единственная пара черных туфель, которые он надевал один раз на выпускной в средней школе, и был уверен, что они больше не пригодятся. Таращась на груду готовой обуви из разнообразной кожи всех возможных цветов, в его голове вертелось лишь одно слово, и этим словом было «красота».
«У вас есть какие-то предпочтения?» - спросил у него кордвайнер.
«Я предпочитаю квадратные носы, и думаю, округлые тоже сойдут. Не люблю заостренные,» - пожал плечами Джендри.
Мужчина рассмеялся над его подавленным выражением лица: «Мне сказали, что вам нужны четыре пары: черные, темно-коричневые, коричневые и бордовые. Оставьте это мне».
Замерив его ноги, мужчина исчез для того, чтобы принести на выбор готовую обувь подходящего размера в предпочитаемой цветовой гамме. Джендри не видел ценники на них, но подозревал, что они заставили бы его подавиться.
«Я доставлю их вам домой к концу недели, - сказал кордвайнер, когда Джендри сделал свой выбор. – Приходите, пожалуйста, в следующий раз, чтобы сделать обувь на заказ».
«Конечно», - кивнул Джендри, скептически настроенный к тому, что следующий раз состоится.
«Запишите на мой счет», - сказал Станнис мужчине, после чего сообщил Джендри, что они уезжают.
«А куда мы теперь идем?» - спросил Джендри.
«Куда-нибудь, где сможем выпить. Напиток для тебя и что-нибудь покрепче для меня. Я и в лучшие времена ненавидел ходить по магазинам, а теперь так вообще вымотан».
Джендри последовал за ним в другое старинное здание напротив торгового центра, и они вошли в неприметную дверь на первом этаже, попав в бар, который напомнил Джендри старинный бар из фильмов 50-х годов. Здесь было темное дерево, темная кожа и приглушенное освещение, и судя по всему Станнис Баратеон часто бывал здесь… вместе с различными деловыми партнерами его возраста.
Не обращая внимание на дискомфорт, Джендри сел на стул у бара рядом со Станнисом, потягивая колу, которую поставил перед ним бармен. Он рассматривал человека, который приходился ему дядей, пытаясь понять, зачем тот тратил свое время, чтобы подобрать ему костюмы и обувь. Просто этот поступок не вязался с образом молчуна и необщительной персоны, который сложился у Джендри по первоначальным впечатлениям.
«Говори, что у тебя на уме, мальчик», - хмыкнул Станнис, почувствовав на себе оценивающий взгляд Джендри.
«Я все еще не совсем понимаю, почему вы все это делаете для меня? – сказал Джендри. – Если ваша цель состоит только в том, чтобы сохранить репутацию Баратеонов, вам не нужно встречаться со мной лично. Вы или Давос могли просто позвонить мне, сообщив, что вскоре состоится признание о моем отце, а все эти замеры я легко мог сделать и без вас. Зачем вы это делаете, Станнис?»