«Я хочу пойти туда и ради Джендри тоже…»
«Ты ведь понимаешь, что тебе придется выбирать между ними», - он внимательно посмотрел на нее, чтобы узнать, понимает ли она, что он имеет в виду.
«Они оба потрясающие музыканты, для меня не имеет значения, кто из них победит».
«Это имеет значение для них, - снова попытался он. – Они не могут оба получить приз. Одному придется уйти ни с чем».
«Это ведь просто соревнование между группами, - стояла на своем Арья. – Они всегда могут снова попробовать участвовать в следующем году».
«Для некоторых это может быть слишком поздно, - Сандор думал о себе. – Некоторые могут не найти в себе силы попробовать снова».
Она жевала салат и смотрела на него слегка озадаченно.
«Это что сейчас было… типа глубокая мысль?» - приподняла она бровь.
«А что? Как и остальные считаешь меня тупоголовым?»
«Да, так и считала», - прямо сказала она.
«Сучка», - презрительно фыркнул Сандор, но заметил, что она ответила ему в прошедшем времени и без своей привычной жажды оскорбить его.
Он оставил попытки намекнуть ей о том, что Бык влюблен в нее. Арья в упор этого не замечала.
«Могу я кое о чем спросить тебя? – Арья смяла салфетку и бросила ее в близлежащую урну, показывая отличный меткий бросок.
«Как-будто я могу остановить тебя», - ответил он.
«Почему она тебе нравится?»
Взгляды их серых глаз встретились, и, несмотря на ее вполне обыденный тон, он понял, что она ожидает от него честного ответа.
«Ну? – она повторила свой вопрос. - Почему тебе нравится моя сестра?»
Из всех вещей, о которых она могла спросить его, это был, наверное, единственный вопрос, на который он не был готов дать ответ. И не потому, что он не знал ответа, а потому, что не знал, как выразить его словами, и уж тем более, как произнести это вслух. Он вообще не был уверен, что хочет говорить об этом вслух. И еще меньше он был уверен в том, что из всех людей он захочет обсудить это с Арьей.
«Почему ты считаешь, что я скажу тебе?» - прорычал он.
«А ты просто возьми и скажи», - заявила она.
Сандор вздохнул.
Санса вызвала его интерес с первой минуты, как он увидел ее на вечеринке у Баратеонов в «Красном Замке» в честь переезда на Юг семьи Старк. И это было связано не только с тем, что она выглядела довольно симпатичной. За все время его знакомства с Джоффри он видел немало красивых девушек рядом с ним. Кроме того, его вообще не привлекали рыжие до встречи с Сансой.
Что же заставляло его взгляд возвращаться к ней снова и снова в тот вечер? Его цепляла ее непосредственность, как и шаль на ее матовых изящных плечиках. Ему это сказало не только о том, что она невинна, хотя это и так было очевидно. Она была слишком чиста помыслами, такой наивной, что это казалось просто немыслимым. Даже с учетом того, что она ходила в школу для девочек, трудно было поверить в то, что она… столь неопытна. Такие девушки, как Санса, не входили в круг знакомств Джоффри.
Сначала он подумал, что она просто притворяется, но в первую неделю он постоянно наблюдал за ней в школе и понял, что единственная искусственная вещь, которая была в Сансе, заключалась в том, что она всегда старалась сохранить лицо. На самом деле она была намного сложнее, чем казалась.
Ее хорошие манеры вызывали в нем раздражение, особенно когда он замечал, что иногда она хочет в чем-то возразить Джоффри, но заставляет себя молчать. Или когда она хотела что-то уточнить у подружек в разговоре на пикантную тему, но или стеснялась показать свое невежество в этих вопросах, или считала, что неприлично задавать подобные вопросы.
Один случай помог ему разобраться в ней, когда той ночью он рассказал ей правду о своих шрамах и брате. Ее щебетание сильно его раздражало, а ее нежелание остановить Джоффри, чтобы он прекратил ее прилюдно лапать, из страха устроить сцену, привело к тому, что он резко и грубо оскорбил ее за то, что она была чересчур вежливой.
После этого она все равно оставалась с ним вежливой, но Санса чаще стала высказывать свое мнение и задавать вопросы. Как-будто она знала, что он прислушивается и, возможно, осуждает ее за фальшивость вежливых фраз.
И тогда он начал узнавать настоящую девушку, которая скрывалась под дорогой одеждой и безупречными манерами. Он узнавал о Сансе, слушая, как она общается с другими людьми. Если Джоффри спрашивал ее мнение о чем-то, он слушал ее ответы. Когда она разговаривала с чирлидершами о моде и прочих девчачьих вещах… ну, он, конечно, не сильно обращал внимания, но все равно слушал. Иногда ее ответы были довольно проницательными, и это доказывало то, какой бесхитростной она была.
Она рассказывала о своей семье и о том, как училась в Морданской школе для девочек. Она рассказывала о том, как росла на Севере, и о доме, в котором жила раньше, Винтерфелле. У Сансы было счастливое, безоблачное детство, и в этом он ей немного завидовал.
Память о его настоящей семейной жизни обрывалась, когда он был в возрасте шести лет, перед тем как погибли его мама и сестра. Последним его счастливым воспоминанием стала поездка на берег реки, где ему сказали присматривать за трехлетней сестренкой Леонор. Еще он помнил, как Григор качал его на качели, но больше он ничего не мог вспомнить о том дне. Он очень туманно помнил то время, пока были живы мама и Леонор, поэтому не знал, что из этого было реально, а когда он просто принимал желаемое за действительность.
Он ругал себя за то, что превратился в сентиментального котика после того, как познакомился с Сансой, и она напомнила о том, что в этом мире есть что-то хорошее. И когда Санса начала встречаться с Джоффри Баратеоном, он обнаружил в себе желание оберегать Сансу, он не хотел, чтобы она пострадала от рук Джоффри.
А ты отлично справляешься с этим, бесполезная псина, - мрачно думал Сандор, -он уже причинял ей боль, и ты ничего не мог с этим поделать.
Когда он присмотрелся к ней с более близкого расстояния, то те же черты ее характера, над которыми он насмехался в прошлом, еще сильнее привлекли его к ней. Неважно, как часто он пытался убедить сам себя, что к Сансе он испытывает лишь физическое влечение, на самом деле он просто не осознавал, что она ему очень нравится.
Она действительно была мила с ним. Он трижды оставался с ней наедине, и в эти краткие моменты, когда они были вместе, она разговаривала с ним… не так, как с ним обращались все остальные. Даже в ту ночь, после того как он рассказал ей о своих ожогах и чуть не напугал ее до смерти, она все равно потянулась к нему в темноте, чтобы коснуться его плеча и утешить его… утешить его.
К тому же, с ней он вел самые настоящие приличные, цивилизованные беседы. В первый раз это случилось, когда он взял ее с собой в тратторию в день празднования ее Дня рождения, и в тот день, когда она пригласила его в пиццерию. Санса была к нему внимательна, она действительно обращала внимание на то, о чем он говорил. Ему показалось, что она была искренне заинтересована в нем, и какое-то время он даже чувствовал себя человеком, который для кого-то что-то значит.
«Рядом с ней мне не нужно быть Псом, - услышал Сандор свой голос как будто со стороны. – Рядом с ней я - просто я».