— Эй, парень, как тебя?
Сергей Васильевич оператором был первоклассным, профессионалом с большой буквы. Кстати, несколько лет назад он снял «Ссору в Лукашах», где как раз и играл простого деревенского парня наш Леонид Быков. «Но если я сейчас дам слабину, то вся киногруппа на мне будет ездить, словно на верблюде», — подумал я и, набравшись наглости, съязвил:
— Обращайтесь ко мне по-простому — господин итальянский кинорежиссер Федерико Феллини.
— Ха-ха-ха! — дружно загоготали осветители и ассистенты главного оператора.
— Если ты — Феллини, то я — Жан Габен. Ха-ха, — парировал Иванов. — Слышь, Феллини, слетай-ка в кафе за пивом, пока мы здесь свет ставим.
«А раков с воблой вяленой вам к пивку не притаранить?» — тут же промелькнуло в моей голове, из-за чего я, сделав загадочное лицо, зашептал:
— Скажу вам по секрету, как иностранный режиссёр иностранному актёру, вчера в кафе травили тараканов, поэтому пиво пить не советую. Кстати, закусывать тоже. И вообще, для походов за пивом у вас, как у главного оператора, есть свои ассистенты. Вон, пошлите фокус пуллера, чтобы фокус не замыливался! — громко добавил я.
— А парень дело говорит, — загоготал один из осветителей и вся компания технических работников снова засмеялась.
— Ну, Феллини, ты у меня ещё побегаешь, — прошипел в спину Сергей Иванов.
«Это как же я вспомнил про фокус пуллера? — подумалось мне, когда я спрятался со сценарием за маленькую ширмочку. — Ведь эта профессия, крутить плавно фокус кинокамеры во время съемки, давным-давно отмерла. То есть в той моей жизни отмерла, так как появился автофокус и прочие компьютерные прибамбасы. А в этой она всё ещё актуальна. Память что ли какая-то возвращается от того человека, вместо которого я вселился из будущего? Как бы сказал доктор из „Формулы любви“: „Голова — предмет тёмный и исследованию не подлежит“».
— Нахамчук, ты где⁈ — через секунду окрикнула меня, появившись из гримёрки Белла Семёновна Маневич-Каплан, наша художница-постановщица, женщина с приятным лицом примерно 40-ка лет отроду. — Ян⁈
— Тут я, вот сценарий…
— Ноги в руки, — не дослушав меня, скомандовала художница, — и бегом в реквизиторский цех. Возьмёшь там шприц, стетоскоп и макет человеческого мозга.
— Клизму захватить? — улыбнулся я.
— Болтун, — захихикала женщина. — Давай быстрее, через десять минут снимаем.
— Слухаю, ваше высочество, — пробурчал я и снова полетел в другое здание.
«Кино ещё не началось, а у меня уже попа в мыле», — подумал я, на ходу засовывая бумаги со сценарием в карман брюк.
Спустя два часа, один из которых ушёл на разные мелкие доработки внутри искусственной «выгородки», ещё час потратился на репетицию актёров, мы не сняли ни одного кадра. Поэтому вся съёмочная бригада напряжённо молчала, а Леонид Быков по воссозданному врачебному кабинету нервно вышагивал взад и вперёд. Так как сцена, где главный герой пришёл на приём к врачу, получалась до безобразия не смешной. Никакой комедией положений в ней и близко не пахло. Хотя партнёры по площадке у Леонида Фёдоровича подобрались просто отменные.
Например, врача-психиатра играл Алексей Кожевников, в послужном списке которого значились: Витя Громобоев из кинофильма «Неподдающиеся», радист из кинокомедии «Полосатый рейс» и киномеханик Тарас Шпичко из фильма «Королева бензоколонки». А роль маленькой шустрой бабушки санитарки исполняла замечательная актриса Ленинградского театра комедий Елизавета Уварова. Эта 62-летняя артистка уже пересекалась с Леонидом Быковым в фильмах: «Максим Перепелица» и «Укротительница тигров». Другими словами, в данный момент в павильоне №1 было очень светло от собравшихся звёзд, но нисколечко не смешно.
— Ладно, — наконец выдавил из себя Леонид Фёдорович, — давайте сейчас пообедаем, немного выдохнем и через час снимем, наконец, этот неподдающийся эпизод.
— А где обедать-то? — возмутился главный оператор Сергей Иванов. — Вчера в кафе тараканов травили. Хоть бы объявление повесили что ли.
— Это кто же такое придумал? — спросил директор картины Иосиф Шурухт, почему-то покосившись в мою сторону.
— Спокойно, товарищи, — вскочил я с маленького раскладного стульчика, пока меня не обвинили во всех смертных грехах. — Эту вредную дезинформацию запустил вражеский «Голос Америки». Никаких тараканов в нашем кафе-ресторане не было, нет и быть не может! И кстати, министр культуры Екатерина Фурцева уже выступила с опровержением по центральному телевидению. Кушайте на здоровье!