«Опаньки, — подумал я, пытаясь сам встать с пола, — у меня же ещё есть любимая женщина, замечательная актриса Нонна Новосядлова! И кроме того я только что показал черновой монтаж полнометражного детектива „Тайны следствия. Возвращение святого Луки“ самому товарищу Толстикову, первому секретарю Ленинградского обкома КПСС. Однако шустро я развернулся здесь, в прошлом. Выскочил как чёрт из табакерки всего-навсего в конце мая этого года, и уже к концу июля, за два с небольшим месяца, столько наломано дров».
— Ты выпил что ли? — захихикала Лидия Сергеевна, подхватив меня под руку, когда моё тело основательно зашатало, словно я действительно был под воздействием алкоголя.
— Мне пить нельзя, у меня непереносимость, — просипел я, еле-еле двигая ртом. — Это я от недосыпа задремал.
Я покосился на железный прут, который откатился к плинтусу и теперь был почти незаметен, и вспомнил, что перед тем как потерять сознание этой железякой меня огрел по руке какой-то бандит, передав «привет» от подпольного букмекера Сан Саныча. Моё знание будущего этому Сан Санычу обошлось в существенные денежные потери, вот он и отомстил. «И незачем об этом трепаться», — пронеслось в моей голове.
— Что ж Ноннка-то за тобой не следит? — снова засмеялась Лидия Сергеевна и, обхватив меня за корпус, словно заботливая жена мужа алкоголика, повела на четвёртый этаж, где размещался мой рабочий кабинет. — Я бы на её месте такого мужчину далеко не отпустила, хы-хы.
— Нонна с сёстрами Вертинскими улетела вчера в Минск, — проплетал я, постепенно востанавливая в памяти всё, что произошло со мной после перемещения. — Там сегодня кинопробы идут на «Город мастеров». И я, кстати, эту сказку в общих чертах помню. Там какой-то горбун улицы подметал-подметал, а потом взял и совершил революционный переворот. Нормальный поворот?
— Всё шутишь, — не поверила мне гримёрша. — А я хотела с тобой серьёзно поговорить, — на этих словах Лидия Сергеевна как бы невзначай прижалась ко мне своей выдающейся грудью третьего размера.
— Весь во внимании, — смущённо пробурчал я, стараясь побыстрее переставлять ноги.
— Я слышала, что в следующее воскресенье, 9-го августа, ты с актёрами поедешь на гастроли в Петрозаводск, это правда?
— 9-го в Петрозаводск, 16-го в Выборг, 23-го в Кронштадт, — кивнул я, удивившись тому факту, что дядя Йося от Лидии Сергеевны эту информацию утаил. — Если есть возможность немного подкалымить, то почему бы и нет? Актёры и актрисы тоже люди, им тоже требуется ежедневное трёхразовое питание и заграничные шмотки от фарцы.
— А можно и мне с вами? — гримёрша ещё сильнее прижалась грудью к моему боку.
— Всё, дальше сам, — буркнул я, когда мы оказались на лестничной площадке, где можно было ухватиться за перила, что тут же мной было и проделано. — Гастролями заведует дядя Йося, то есть товарищ Шурухт. Реши этот вопрос с ним. Лично я, от профессиональной гримёрши на выезде не откажусь. Так как артисты народ впечатлительный, нервный и иногда буйный. Вдруг у кого-то появятся синяки?
— Ладно, хорошо, — немного разочаровано пожала плечиками Лидия Сергеевна. — Тогда я пошла?
— Да-да, мне уже нормально, — закивал я и аккуратно двинулся по лестнице вверх, а сам подумал: «Что это сейчас такое было? Это был подкат? Тонкий намёк на толстые обстоятельства? Вроде я повода не давал, и в безразборчевом волочении за симпатичными сотрудницами киностудии и приглашёнными на съёмки актрисами не замечен. Ну, Лидия Сергеевна, странную игру ты затеяла. Однако я — воробей стреляный, меня на мякине не проведёшь. Это я только снаружи молодой, глупый и рьяный. А внутри во мне уже давно поселился старый и прожжённый циник».
— Ого! Ещё четверг середина дня, а Феллини-то уже бухой! — гаркнул кто-то, пробежав вниз за моей спиной.
— Зато пьяный проспится, а дурак никогда, — рыкнул я в ответ и улыбнулся, так как впереди меня ждали большие и серьёзные дела.
«Плохо, когда актёры садятся на голову режиссёру», — подумал я, сорвав листок отрывного календаря, на котором четверг 30-е июля сменился на пятницу на 31-е число.
А с другой стороны мне сейчас всего 24 года, актрисе Нонне Новосядловой — 22, Анастасии Вертинской в декабре исполнится 20, её сестре Марианне и Олегу Видову только-только стукнуло по 21-му, а актёру Льву Прыгунову уже 25. Наш будущий Бонивур можно сказать, что уже «старичок». Но по большому счёту мы все ровесники, представители одного «оттепельного» поколения так называемых «шестидесятников».