А дальше произошло самое настоящее чудо. Когда мы оказались вне стен собора в густом и липком тумане, то ангелочек, летевший на высоте метра и усиленно работая крыльями, стал разгонять эти необычные плотные клубы, буквально расчищая мне дорогу. К сожалению, как только мы продвигались вперёд, туман за моей спиной снова смыкался.
«Вот уж воистину: ты впереди, я за тобой», — подумалось и мне. И так как бежалось мне теперь легко и хорошо, то я просто не удержался от нескольких вопросов. Ибо, когда ещё удастся поговорить со своим ангелом-хранителем.
— Как тебя зовут⁈ — выкрикнул я.
— Зови Алахита, не ошибёшься! — весело ответила крылатая девчушка.
— И часто ты меня из разных передряг вытаскивала?
— Было дело! — захохотала она. — Кстати, недавно, одна из ваших актрис пошла искать приключения на одно место. Пришлось и самой подключиться и тебя с другом подключить.
— Неужели у Люды Марченко нет своего хранителя? — задумчиво пробурчал я.
Но тут Алахита резко остановилась и, развернувшись ко мне, пальцем, поднесённым к своим губам, дала понять, чтобы я замолчал. Естественно я, встав как вкопанный, моментально весь превратился вслух, но кроме заунывного завывания ветра ничего не расслышал.
— Впереди засада, — прошептала крылатая спасительница. — И это уже не бестолковые комочки тьмы. Рогатые демоны. Не меньше трёх.
Затем Алахита покрутилась в воздухе вокруг своей оси и снова захихикала.
— Бежим к дубу, — буркнула крылатая девушка и полетела куда-то в бок от основной дороги, и мне ничего не оставалось, как устремиться следом. — Здесь раньше было дерево желаний, — сказала она, не поворачивая головы. — Дерево всё ещё стоит, а желания, сам видишь, в этом тумане давно испарились. Зато портал в ваш земной мир остался. Я тебя сейчас в дупло столкну, и ты очнёшься там, где и потерял сознание.
— А что будет с тобой? — пробормотал я, резво работая ногами. — Как ты вернёшься на светлую сторону, если впереди засада?
— Ну, ты и фрукт! — захохотала Алахита. — Чтоб этим демонам меня взять, у них ещё рога не выросли, ха-ха-ха.
И в эту же секунду сквозь клубы плотного тумана проступили контуры исполинского дуба. Я на бегу поднял голову вверх и непроизвольно присвистнул, так как ветви дуба уходили высоко в небо. И окончания древесного исполина нельзя было рассмотреть всё из-за того же тумана. Вдруг Алахита схватила меня за шиворот и легко подняла в воздух.
— Ты спрашивал, где ангел-хранитель этой вашей актрисы? Передай ей, что её ангелок скоро совсем загнётся, если она пить не перестанет. И тогда ей больше никто не поможет. Счастливого пути, Феллини! — крикнула она и разжала руку.
И моё тело, если это конечно было оно, полетело в огромную и чёрную дыру, что зияла на боку исполинского дуба.
— Спасибо, Алахита! — заорал я, почувствовав всем сердцем, что своего ангела-хранителя обязательно нужно помнить и благодарить.
— Какая Алахита, Феллини? — хохотнул хрипловатый голос Владимира Высоцкого, с которым мы всё ещё тряслись в автомобиле. — Кто такая? Почему не знаю?
— Да, Феллини, — крякнул Сава Крамаров, — узнает твоя Ноннка про эту Алахиту, тебе каюк!
— Приснилось, что я — молодой спартанец, который спасается от персидских воинов царя Ксеркса, а ему, то есть мне помогает гречанка Алахита, — соврал я. — Укачало меня, мужики, укачало.
— А мы уже приехали, барин, — сообщил коренастый широкоплечий таксист, остановив своего верного железного коня перед какой-то двухэтажной деревянной доминой. — Вот ваш дворец культуры. Кстати, можно и мне концерт посмотреть?
— Не можно, а нужно, потом будет о чём рассказать потомкам, — пробормотал я и, выйдя из машины буквально оторопел. — Отец мой мужчина, да это какой-то средневековый медовый зал викингов, не иначе. Сдаётся мне, что в Сестрорецк советская власть так и не пришла?
— Памятник архитектуры, построенный без единого гвоздя, ха-ха! — загоготал Сава. — Приехали, называется. Рыбный бартер, ёк-макарёк.
— Это ещё что? — усмехнулся Высоцкий, переодетый в мои джинсы и серый свитер, и поэтому производивший впечатление солидного и дорого актёра. — Я в январе этого года с небольшой бригадой артистов давал концерты по городам и весям Сибири и Алтая: Бийск, Белокуриха, Горно-Алтайск и более мелкие населённые пункты. Так мы и не в таких «музеях» выступали.