— А если это не сумасшедший? — пролепетал Шелепин и, украдкой глянув в мою сторону, продолжил читать это очень необычное послание: «Шелепин обхитрит Вас, Леонид Ильич, и в самый последний момент займёт Ваше место. И помогут ему в этом: председатель КГБ — Семичастный, министр правопорядка РСФСР — Тикунов, комсомольский вожак — Павлов и глава Москвы — Егорычев. Кроме того одну из ведущих ролей в этом правительственном перевороте сыграет режиссёр „Ленфильма“ — Ян Нахамчук, которого многие коллеги называют Феллини. Прошу Вас, ликвидировать этого режиссёра и тогда у заговорщиков ничего не получится. И наша страна продолжит своё стремительное и поступательное движение к коммунизму».
«Бред, — проворчал я про себя, — если сейчас ничего не поменять, то после 1980 года страна сама развалится как „Титаник“, налетевший на айсберг. Какой коммунизм? Когда кругом будет сплошной дефицит и очереди с километр».
— Что скажешь, Феллини? — почему-то именно меня спросил Александр Шелепин.
— Может это письмо написал кто-то из твоих друзей или знакомых? — тут же спросил и Владимир Семичастный.
— Скорее кто-то из врагов, — буркнул я. — Честно говоря, я и сам не понимаю — откуда взялись такие подробности, что 30 сентября произойдёт смещение Хрущёва? Насколько я знаю, он к этому числу ещё не уедет в отпуск и будет находиться в Москве. А значит, собрать в тайне Президиум ЦК будет просто нереально.
— Не знаю, кто это написал, — улыбнулся главный комсомолец страны Павлов, — но в том, чтобы вместо Брежнева сразу же поставить нашего Александра Николаевича есть рациональное зерно. Вы только представьте, что будет, если мы генеральным секретарём сделаем Брежнева?
— Хватит, Серёжа, сто раз уже об этом говорили! — отмахнулся хозяин Москвы Егорычев. — Брежнев всех устраивает. Без Брежнева нам Никиту не столкнуть. За Брежнева Подгорный, Малиновский и Суслов. А потом мы Лёню постепенно отодвинем в сторону.
— Министр обороны Малиновский и армия в дрязги внутри правительства не полезут, — возразил глава российской милиции Вадим Тикунов. — Нужно бросить все силы и найти этого «писателя». И придерживаться ранее разработанного плана.
— Какого плана, Вадим? — пророкотал председатель КГБ Семичастный. — Брежнев боится Хрущёва до дрожи в коленках. Пока Никита не улетит в Пицунду, он даже и слушать ни о чём не желает. Он, между прочим, мне предлагал, чтобы я со своими парнями Никиту Сергеевича аккуратно ликвидировал. В том-то и дело, что нет пока никакого плана.
— Ну а ты чего молчишь, режиссёр? — вновь спросил меня Александр Шелепин.
— Все революции одинаковы: их делают романтики, а плодами пользуются прагматики, — многозначительно произнёс я. — Вот вы, Николай Григорьевич, сказали, что Брежнева сможете потом постепенно отодвинуть в сторону, — я кивнул головой Егорычеву. — Так вот — не получится. Брежнев вас всех переиграет. И поедете вы кто куда: кто-то послом в Верхнюю Вольту, кто-то в Монголию, кто-то в Афганистан, кого-то назначат руководить советскими профсоюзами, а кого-то вернут обратно в Киев на должность рядового заместителя министра. Поэтому время тянуть нельзя.
— Что ты конкретно предлагаешь? — прошипел на меня Семичастный.
— Нужно организовать срочное заседание Президиума ЦК, — ответил я. — Причём по любому поводу.
— Например? — перебил меня Шелепин.
— А вы возьмите и покажите мой ролик с летательным аппаратом товарищу Хрущёву, и скажите, что это секретный американский космический корабль, — улыбнулся я, вспомнив какой эффект произвёл полёт «Сокола тысячелетия» на Леонида Брежнева. — Он ведь его ещё не видел?
— Плёнки у нас в КГБ, в спецхране, — криво усмехнулся Семичастный. — Ну, допустим. И что дальше?
— А дальше в назначенный день заседания Президиума ЦК нужно чтобы на Красную площадь вышло полмиллиона москвичей, лучше всего комсомольцев и студентов, — сказал я, уже представив эту толпу в самом центре Москвы. — Милиция обеспечит правопорядок, я обеспечу праздничный несанкционированный концерт. После чего я и ещё несколько самых крепких ребят войдём на заседание Президиума и потребуем, чтобы успокоить толпу, временно на два дня генеральным секретарём ЦК КПСС назначить товарища Александра Николаевича Шелепина. Ну а парни из КГБ нас пропустят и прикроют.
— Ха-ха-ха! — загоготал главный комсомолец страны Сергей Павлов. — Что можно сделать за два дня? Это же просто смешно!
— За два дня можно сделать всё, — совершенно серьёзно кивнул я. — Одним указом весь Президиум ЦК можно отправить послами в Верхнюю Вольту или в Монголию.