Незнакомец сдвинул рукав серой простенькой рубашки и показал мне ободранный локоть.
— А что прямо добровольцев-добровольцев набирали? — спросил я. — Без обещания всяких земных благ?
— Как же без этого? — важно заметил мой гость. — Квартира, машина, зарплата, хорошая пенсия в старости. Испытания, скажем прямо, были не из приятных. В первый же год от двух десятков «посланцев» осталось всего половина. А через три года стало окончательно ясно, что нормально в прошлое могут перемещаться лишь пятеро.
— Что значит нормально?
— На год, на два, и на более число лет, — произнёс с горечью в голосе Иннокентий. — Вот я, сколько не работал, сколько не пыжился, но на 40-й день вылетаю обратно в будущее.
— В каком смысле — вылетаю? — пробурчал я, вспомнив, как переместился в прошлое прямо из кинотеатра. — Как вообще происходит это путешествие во времени?
— Проще пареной репы, — хмыкнул мой гость. — Там засыпаешь, здесь просыпаешься. Здесь засыпаешь, там просыпаешься. Как любил говорить доктор Чернов: «Наш мир — это сон разума». Кстати, если прошлое долго не отпускает или нужно срочно вернуться назад, то помогает кодовое слово, которое требуется сказать, встав напротив зеркала. В общем, нас «бракованных путешественников во времени» оказалось пять человек. И доктор Чернов, как руководитель всего проекта, земля ему пухом, перевёл нас в обслуживающий персонал. Всё-таки мы уже к делу прикипели. Скажу по секрету, путешествия затягивают, — прошептал Иннокентий. — Но в 1989 году всю группу распустили, а испытания свернули. Произошёл странный случай. После одного сеанса из пятёрки настоящих «посланцев» вернулось только двое. Двое настоящих и тройка каких-то совершенно других мужчин. И тогда все кто работал вокруг проекта стали жаловаться на головные боли и головокружения, потому что в голове возникло сразу две ветки воспоминаний. Мы все помнили тех «старых посланцев» и одновременно вспомнили этих «новых». Ху, разрыв головы.
— Интересно, — пролепетал я. — И кто были те двое выживших?
— Одним из них, — усмехнулся мой гость, посмотрев мне в глаза, — одним из них были вы, Ян Игоревич. А второй — любимый ученик доктора Чернова, Тёмка Егоров. Мы все его звали Егор и он был просто уникум. Он первым проходил все тесты, и первым провёл в прошлом больше года.
— Мне это имя ни о чём не говорит, — проворчал я, покосившись на часы.
— Нонна Николаевна придёт ровно через 35 минут, — захихикал мой гость. — У нас ещё есть время.
— То есть мы уже не в первый раз общаемся? — буквально опешил я.
— Третий, ха-ха. Первый раз, когда я пришёл к вам в гости, вы сказали, что по субботам не подаёте. И если я позвоню повторно, то вы натравите на меня дикого лесного кота. Ха-ха, — Иннокентий громко захохотал, погладив нашего безобидного пройдоху и обжору Чарлика. — Во второй раз вы сказали, что сюда уже выехал наряд милиции, поэтому если есть желание стать свидетелем убийства пожилой женщины, то добро пожаловать. А на третий раз я принёс торт.
— Ну да, — хмыкнул я, — с пустыми руками в гости не ходят. Значит Артём Егоров, — пробормотал я, догадавшись, что это и есть тот самый мой «чёрный незнакомец». — Получается, что этот ваш Егор убил здесь в прошлом троих своих коллег. А до меня он не дотянулся, руки у него оказались коротки.
— Семафор так и сказал, — кивнул головой мой гость. — Семафор — это мой хороший друг и ещё один «бракованный путешественник во времени». Фамилия у него смешная — Семафоров. А теперь, Ян Игоревич, давайте перейдём к сути дела, — прошептал он. — В 1996 году случился один странный эпизод, который мы с Семафором связали с возобновлением опытов по путешествию в прошлое. На целый день в Москве поменялось абсолютно всё. Улицы чистые, высокие дома, везде красивый ремонт, по дорогам ползают электрические автомобили, а по прохожей части ездят люди на электрических самокатах. С ума сойти. Правда? Магазины огромные. И весь народ такой довольный, ленивый и расслабленный. И это был не сон. Семафор мне потом этот факт подтвердил.
— А что случилось далее?
— А далее тот же самый день проигрался совершенно по иному, — прошипел Иннокентий. — Везде грязь, вонь, клетчатые сумки, которые перетаскивают «челноки». Бандиты на «девятках», вороватые менты, и вместо больших и просторных магазинов грязные и вонючие ларьки с палёной водкой. И самое главное народ вокруг злой, наглый и хамоватый.
— То есть всё вернулось на круги своя? — буркнул я.
— Почти, — кивнул мой гость. — Только добавился новый московский олигарх Артём Егоров. Его реклама висела на каждом углу: банк «Егор», торговый дом «Егор», игровое казино «Егор» и так далее.