— Неужели люди ничего не заметили, прожив целый день в другой реальности? — удивился я.
— Мы с вами два раза уже разговаривали, вы что-то заметили? — криво усмехнулся он. — Способность видеть и запоминать реальность — это побочный эффект многократных путешествий во времени. И если у некоторых людей случается такое чувство как дежавю, то день наверняка прокручивается по второму разу. Однако мы отвлеклись. За сутки до своей странной смерти ко мне пришёл доктор Чернов. Тем вечером он был взволнован и напуган, и сказал, что Егора нужно обязательно остановить, что он сошёл с ума и способен натворить множество бед. И он даже может развязать ядерную войну. А ещё он показал мне способ, как прыгнуть в прошлое без всякого специального оборудования и специальных препаратов.
— Нужно произнести кодовое слово, стоя перед зеркалом, — догадался я.
— Да, примерно так, — крякнул мой гость. — После чего я и Семафор целый год штудировали подшивки газет, журналов, чтобы проанализировать прошлое. Ведь легко сказать, остановите Егора. А как это сделать, когда он всесильный олигарх и уникум? И в один прекрасный день Семафор придумал гениальный план. Егора остановить можете вы, Ян Игоревич. Здесь в 1964 году.
— Гениально, — всплеснул я руками. — Я за всю жизнь не убил ни одного человека. Бить бил, зубы выбивал, челюсти крушил, случалось, ломал и рёбра. Но удавить насмерть даже самую отъявленную «редиску» — у меня кишка тонка.
Услышав слово «редиска» и представив себе нечто съедобное, кот Чарли Васильевич мигом запрыгнул на мои колени и, потеревшись головой об мой живот, требовательно заурчал.
— А вам и не надо его давить, — прошептал Иннокентий. — Вы не дайте сесть в кресло генсека Леониду Брежневу. Брежнев, конечно, сам по себе мужик неплохой. Только нельзя управлять огромной страной в перерывах между охотой и рыбалкой. Нельзя управлять, когда язык еле-еле ворочается и голова плохо соображает. Ведь разгул бандитизма 90-х вышел прямиком из болота 70-х. Именно при Щёлокове, будущем министре МВД, органы правопорядка покорешаться с организованной преступностью. И коррупция разъест все сферы жизни до такой степени, что уже никакая перестройка не поможет.
— А если я этого не сделаю? — пробурчал я, ибо не исключал того, что моя афёра может потерпеть полную неудачу. — Что известно в вашем будущем обо мне?
— Семафор просил этого не говорить, — проворчал мой гость. — Однако… будь, что будет.
Иннокентий встал из-за кухонного стола, подошёл к окну и уставился на тот кусок двора, который виднелся с нашего третьего этажа.
— Вы, Ян Игоревич, в моём будущем режиссёр одного культового боевика, одной культовой короткометражки и самой лучшей детской передачи «Галилео». Её потом, чуть ли не до середины 90-х годов будут снимать без вашего участия.
— И всё? — разочарованно буркнул я.
— Не совсем, — повернувшись ко мне, хитро улыбнулся мой странный гость. — В 1966 году в Голливуде ярко вспыхнет новая киношная звезда — американский режиссёр польского происхождения Юджин Фэлл. Этот самый Фэлл станет автором трёх культовых мировых франшиз: «Челюсти», «Звёздные войны» и «Назад в будущее». Он за следующие 14 лет снимет по четыре эпизода каждой франшизы.
«Юджин Фэлл? — подумал я. — Это Ян Игоревич Нахамчук по прозвищу Феллини что ли? Обалдеть. Стоп! А почему мне отводится всего 14 лет?».
— Не понял, а что случится в 1980 году? — возмутился я. — Почему я, то есть он перестанет снимать?
— Частный самолёт, на котором Юджин Фэлл и Владимир Высоцкий полетят из Калифорнии на открытие Олимипиады-80, потерпит крушение и рухнет в воды Атлантического океана, — развёл руки в стороны Иннокентий. — Увы, такова судьба. Теперь понимаете, почему Семафор просил не говорить этого? Вы умрёте в зените славы счастливым и состоявшимся человеком. И теперь у вас нет мотива, чтобы остановить нашего ненормального Егора.
— А что будет с Нонной?
— Нонна Николаевна умрёт от рака в 1996 году, — ответил он, тяжело вздохнув. — И даже американские врачи ничего не смогут поделать.
— А вдруг Юджен Фэлл — это не я? — эти слова я почему-то прорычал.
— Официально, это не вы, — кивнул Иннокентий. — Вы даже поставите памятник на могиле своего троюродного брата Яна Нахамчука. Официально он умрёт от пневмонии в маленьком польском городке в 1965 году. Однако во всех фильмах Юджена Фэлла наравне с голливудскими звёздами будут сниматься и многие наши советские звёзды экрана: Крамаров, Видов, Высоцкий, Нонна Николаевна, сёстры Вертинские, Пороховщиков, Прыгунов. Как вы думаете, настоящий американец привлёк бы их к съёмкам, учитывая, что каждого нашего актёра придётся в итоге дублировать? Это же дополнительные расходы. Кроме того Фэлл снимет «Гамлета с гитарой». Этот киношедевр с большим успехом пройдёт по всему Миру и получит несколько Оскаров.