Кстати, кроме Золотухина и его супруги Нины Шацкой сегодня с нами на творческую встречу поехали: Сава Крамаров, Владимир Высоцкий, Татьяна Иваненко, Леонид Фёдорович Быков, моя красавица Нонна Новосядлова и я, которого на афишах представляли как лидера ансамбля «Поющие гитары». Как сказал дядя Йося: «Слух о наших развесёлых концертах докатился и до Гатчины. Поэтому я своего рода палочка-зазывалочка». «Спасибо, что хоть не палка-зазывалка», — пробурчал я тогда.
Что касается остальных музыкантов ансамбля, то они должны были приехать своим ходом к вечернему концерту в Гатчинский парк, где находилась местная танцевальная «Турецкая площадка». Когда-то давно на этом месте стояла самая настоящая «Турецкая палатка» и члены царской семьи перед ней на поляне играли в крокет. Теперь же на месте палатки стояла деревянная сцена с «козырьком» и местная заводская молодёжь на поляне перед сценой отплясывала зажигательные современные танцы.
— Что у нас с охраной? — спросил я дядю Йосю. — Предупреждаю сразу, я драться больше не буду.
— А что уже были прецеденты? — удивилась Нина Шацкая.
— На стадионе имени Кирова чуть сцену не опрокинули, — хохотнул Крамаров. — Да и так случалось по мелочи, ха-ха.
— Спокойно! — проревел дядя Йося. — С местной милицией все вопросы решены.
— А с местными хулиганами? — усмехнулся Высоцкий и, взяв гитару, тут же затянул один из куплетов песни «Тот, кто раньше с нею был»:
Со мною нож, решил я: 'Что ж,
Меня так просто не возьмешь!
Держитесь, гады. Держитесь, гады!'.
К чему за даром пропадать
Ударил первым я тогда,
Ударил первым я тогда.
Так было надо…
— Хватит! — вышел из себя мой дальний родственник. — Всё будет хорошо. Никаких бандитов, никаких ножей, никаких разборок и прочего. Я за порядок отвечаю! Вы лучше программу обсудите, мы через пятнадцать минут будем на месте.
После этих слов весь автобус разом посмотрел в мою сторону.
— Начнём с песни «Есть только миг», — сказал я. — Все вместе выйдем на сцену и споём её под аккомпанемент двух гитар. Далее пойдёт юмористическая страничка, которую заполнит монолог Савы о проклятых бюрократах. Затем Леонид Фёдорович Быков и Нонна Николаевна Новосядлова расскажут о комедии «Зайчик» и спою песню из этого кинофильма «Любовь настала». Потом я расскажу о детективе «Тайны следствия» и спою песню «О чём плачут гитары». Соответственно после этого выйдет «Гамлет с гитарой».
— А мы? — растерял Валерий Золотухин.
— Вы с Ниной как тень отца Гамлета появитесь сразу после нашего хрипловатого принца датского, — усмехнулся я. — Скажете несколько слов о новом «Театре на Таганке» и споёте «Как провожают пароходы». А дальше будем по ходу пьесы импровизировать. Ответы на вопросы и ещё несколько номеров высокохудожественной самодеятельности.
— Закончим концерт песней «Позови меня с собой»? — спросила Нонна.
— Обязательно, — кивнул я.
— А что буду делать я? — спросила Татьяна Иваненко, про которую я совсем забыл.
— Будешь петь на бэк-вокале, — сказал я, похлопав по магнитофону. — У нас есть несколько минусовок, и с «бэками» вокал звучит сочнее. Извини, но персональный номер для тебя писать некогда.
— Слушай, Феллини, давай я покажу сценку с пиджаком, который сшили тяп-ляп? — предложил Леонид Быков. — Мне для сценки как раз потребуется несколько портных. Вот мы и задействуем всех новеньких.
— Отличная идея, — согласился я.
— А как студент-спортсмен сдаёт экзамен, покажем? — спросил Сава Крамаров.
— Покажем-покажем, — пробурчал я, покосившись в окно, за которым чёрная «Волга» наконец-то пошла на обгон.
«Нервы у ребятишек не выдержали, — усмехнулся я. — Надоело за нами ползти. Наверно, решили выпить пива и перекусить шашлыка? Я ведь всё равно до концерта никуда не денусь. Посмотрим, как вы забегаете, когда я исчезну во время танцевального вечера. Вот будет веселуха. Хотя это только первый ход, и причём не самый сложный».
Я покосился на дядю Йосю, который должен был арендовать примерно на неделю здесь же в Гатчине мотоцикл, и тот, прочитав мои мысли, недовольно поморщился. Вчера днём он меня чуть ли не на коленях умолял, чтобы я не лез в большие политические игры, где нам простым смертным делать нечего.
«Не дадут снимать кино? — горячился он. — Хрен с ним! У нас „Поющие гитары“ — это курица, которая несёт золотые яйца! Вот мы на ней и поедем в светлое будущее». «Ни в какое будущее мы не поедем, — прошипел я в ответ. — Ансамбль прикроют ещё быстрее, чем кино. И ты, дядя Йося, потеряешь миллион рублей». Услышав про целый миллион, который уплывает из его загребущих рук, мой дальний родственник пообещал сделать всё в лучшем виде.