Коротко объяснив прадеду план действия, Владимир Иванович стал собираться в дорогу. Проверил свой мини-акваланг, прихватил фонарь и кусачки. Старший Сухоруков сопроводил его до берега небольшого озера. Освещенная большой луной, вода в нем казалась застывшим голубым зеркалом. Тишину ночи не нарушали никакие грубые звуки войны. Лишь стрекот сверчков, да редкое шипение осветительных ракет со стороны переднего края. Сказка, да и только. Жаль только, что долго любоваться подлунной идиллией им было некогда.
Хорошо еще, что к озеру удалось им подойти скрытно. Старший Сухоруков знал места выставленных караулов и спустя полчаса Владимир Иванович погрузился в не успевшую еще остыть от дневного зноя воду. Утонувший самолет он нашел быстро, хотя вода в озере была очень мутной от поднимавшегося при каждом движении пловца донного ила. Массивный силуэт крылатой машины лежал на боку, зарывшись стеклянным носом в вязкое дно. Боковая дверь оказалась открытой, что было весьма странно, поскольку она должна была запираться изнутри. Едва ли несчастный старшина, обнаруживший эту находку, смог взломать крепкий замок голыми руками. Но размышлять над странностями Сухорукову было некогда. Воздуха в маленьком баллоне было немного, а быть обнаруженным красноармейцами он не мог себе позволить. Достаточно того, что его видела хозяйка дома. Правда она, по словам прадеда, была женщиной не болтливой. Да и если замысел Сухорукова удастся реализовать на деле, никто не станет искать концов этой истории, такой же мутной как озерная вода.
Тела в салоне самолета успели в значительной степени разложиться. Раздутые и посиневшие трупы в истлевшей одежде выглядели одинаково и Сухорукову потребовалось несколько минут, чтобы обнаружить искомый. Тело курьера плавало головой вниз, куда его тянула тянущаяся от запястья правой руки цепочка. Еще несколько минут ушло на то, чтобы перекусить цепочку, оказавшуюся необычайно крепкой. Чувствуя, что в баллоне заканчивается воздух, Сухоруков изо всех сил дернул за цепь и схватив поднявшийся в воде чемоданчик, рванулся наверх. Ноша оказалась тяжелой, и Сухоруков с трудом выбрался на поверхность. С помощью прадеда он вытащил находку на берег. Чемоданчик оказался действительно небольшим, размером со студенческий «дипломат» советских времен. Снаружи он был обшит кожей, замок представлял из себя полукруглый выступ цифрового барабанчика, шесть дисков которого были сведены к нулю. Рядом с барабаном имелась узкая щель для ключа. Под массивной ручкой выступала едва заметная кнопка. Очевидно это была та самая кнопка ликвидации содержимого, о которой Сухорукова предупреждал Фомин.
Возиться с кодовым замком, не имея вдобавок ключа, было делом пустым. Да и не нужны были Сухорукову секретное содержимое стального нутра этого миниатюрного сейфа. Для задуманного им плана было достаточно лишь спрятать находку в надежном месте. Таким местом стали ступени избы Степановны. Сухоруков старший отодрал штык-ножом нижнюю доску и засунул в образовавшуюся щель чемодан, не забыв вернуть доску на место. Тайник получился на славу. Впрочем, едва ли ночной находке предстояло лежать там слишком долго. Все должно было совершиться в течении дня, от силы двух. Владимир Иванович хорошо запомнил слова старика: «У тебя будет только двое суток». Если он не успеет, чемодан так и останется лежать под крыльцом, а старшина-разведчик сидеть под арестом.
«Что дальше?» - голос прадеда оторвал его от размышлений.
«А дальше – письмо» - ответил Владимир Иванович, вручая прадеду сложенный в четверо листок. Текст записки «особисту» он сочинил перед тем, как отправиться к озеру. Он был предельно кратким, зато максимально содержательным:
«Прошу Вас довести до сведения вышестоящего начальства следующие сведения. Некто, не являющийся вражеским агентом или предателем Родины, обладает чемоданом из упавшего в озеро Сарепта самолета. Он готов передать эти сведения советскому командованию при условии освобождения из-под ареста старшины взвода разведчиков, необоснованно арестованного особым отделом накануне. С хранящихся в чемодане материалов сделаны копии. В случае отказа или повторного ареста невинных людей, они будут переданы заграницу. После возвращения старшины к месту службы вам сообщат местонахождение чемодана. Любые попытки обнаружить чемодан самостоятельно будут означать Ваш отказ от вышеназванного предложения, со всеми вытекающими из этого последствия».
Послание «особисту» они отправили «хулиганским», по определению прадеда, способом: привязав к увесистому булыжнику, который тот запустил в окно дома, где квартировал уполномоченный особого отдела батальона лейтенант госбезопасности Емельянов. Услышав звон разбитого стекла, сообщники бросились бежать и огородами добрались до дома Степановны. Отдышавшись, они посмотрели друг на друга и расхохотались: хороши были два взрослых мужика, удиравшие словно нашкодившие сорванцы. Однако смех смехом, а времени терять было нельзя. На повестке стоял третий пункт плана Владимира Ивановича.