Джейк в ответ кивнул головой.
— Мистер Сандерс, — продолжал мужчина, слегка прищуривая глаза. — Мне необходимо поговорить с вами, задать несколько вопросов. Вы в состоянии отвечать?
— Да, конечно, — снова кивнул Джейк. — Спрашивайте.
Том поспешно вскочил, уступая новому посетителю своё место.
Сэм Гордон расстегнул пиджак и грузно опустился на предложенный ему стул, который жалобно заскрипел под плотностью его массы.
— Благодарю вас, — прокурор кашлянул и многозначительно посмотрел на Тома.
Сообразив, что он здесь явно лишний, приятель направился к выходу.
— Я подожду в коридоре, — скорее понял по губам, чем расслышал его тихий шёпот Джейк.
Окружной прокурор глубоко вздохнул и прочистил горло.
— Как вы уже догадались, я представляю на суде сторону обвинения, — негромко заговорил он. — Вы, мистер Сандерс, проходите у нас по делу как главный свидетель. Да, я знаю, вас уже допрашивали, и, тем не менее, я должен задать вам несколько вопросов. К сожалению, эти вездесущие газетчики так раздули происшествие на острове, что нам поневоле пришлось взять дело под особый контроль.
Сэм Гордон замолчал и неторопливо извлёк из внутреннего кармана пиджака блокнот и ручку.
— Вы, мистер Сандерс, наверное, знаете, что Леону Нортону уже предъявлено обвинение за похищение человека, содержание сомнительного заведения и за произошедшее в его стенах убийство?
— Да, — коротко отозвался Джейк.
Гордон щёлкнул авторучкой.
— Так вот хочу заметить, что от факта похищения людей, их насильственного лишения свободы, а также зверского обращения с ними, а в частности и с вами, Нортон категорически отказывается, заявляя, что дело обстояло совершенно иным образом. Кстати, мистер Сандерс, он подал на вас встречный иск — за клевету. Но как бы там ни было, всё осложняется тем, что выбранное для притона место достаточно хорошо изолировано и тщательно охранялось от любопытных глаз, никто из очевидцев, соседей и просто оказавшихся неподалёку людей не видел и не слышал ничего подозрительного. Что касается задержанных на острове людей, то все они опрошены, но мало чем помогли ходу расследования, сообщая лишь давно известные детали. Охрана острова и обслуживающий персонал вообще молчат, придерживаясь одной только линии поведения: ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знаем. Похоже, все они до смерти запуганы либо им пообещали хорошую плату за молчание. Ваши коллеги сейчас дотошно пытаются выяснить степень вины каждого из сообщников Нортона.
Сэм Гордон достал носовой платок и, промокнув им лоб под своей курчавой шевелюрой, вопросительно взглянул на Джейка.
— Что же на самом деле происходило на острове? Моя задача — разобраться во всём этом. Мистер Сандерс, мне бы хотелось выслушать вашу версию случившегося.
Джейк сдержанно вздохнул и в который раз принялся излагать всё, что только знал, попутно отвечая на задаваемые вопросы. Но лишь об одном он умолчал, понимая, что рассказывать сейчас правду о Джеффри Коллинзе пока ещё не место и не время.
Прокурор слушал его очень внимательно, при этом поглаживая кончиком авторучки свои тонкие чёрные усики, которые казались совсем не к месту на его пухлом одутловатом лице. Изредка он что-то чиркал в своём блокноте. Наконец, захлопнув записную книжку, он убрал её в карман пиджака.
— Что ж, пожалуй, на сегодня хватит, — с извиняющейся улыбкой произнёс он. — Похоже, я вас здорово утомил. Возможно, нам придётся встретиться ещё не раз, а пока выздоравливайте, набирайтесь сил. Они вам скоро ой как понадобятся.
Он распрощался и ушёл. Вот только отдохнуть и побыть в одиночестве Джейку не пришлось: в палату тотчас проскользнул Том Риз.
— Я уже думал, он никогда отсюда не уйдёт, — проворчал приятель, занимая свой пост на стуле и озабочено покачивая головой. — Да-а, если сам прокурор взялся за это, значит дело действительно серьёзное. Ты всё ему рассказал?
— Почти.
— Что значит почти?
— Я умолчал о Джеффри Коллинзе.
— Почему?
— Хочу сделать ему неожиданный сюрприз. Прямо в зале суда.
— Но Джейк! Этот человек хорошо подготовится к защите! Уж не думаешь ли ты застать его таким образом врасплох?
— Почему бы и нет? — усмехнулся Джейк. — Джеффри спокоен и знает, что я ничего не смогу доказать, поэтому и помалкиваю, чтобы не выглядеть ещё большим идиотом, чем он меня выставляет, — он серьёзно посмотрел на приятеля. — Если эта информация впервые прозвучит в зале суда, она произведёт эффект разорвавшейся гранаты. Правда, я не уверен, поможет ли мне это. Но защита нападением и внезапность — моё единственное оружие.