Медленно опускаю взгляд вниз и вижу рукоять ножа, торчащую из живота. Трогаю ее, руки тут же становятся липкими, красными от крови.
Колени подкашиваются, и я оседаю на землю. В ушах шумит, перед глазами — вспышки образов: Диана, ее улыбка, ее глаза, ее голос…
— Прыжок, — шепчу я через адскую боль. — М-мне нужно сделать прыж…
Держась за рукоять ножа, падаю на бок, закрываю глаза и вижу, как свет в конце тоннеля… мигает аварийным.
Сознание гаснет, словно задутая свеча, и я проваливаюсь в бездну…
Глава 17
Я открываю глаза, и первое, что вижу — лицо Дианы. Она сидит рядом с моей больничной койкой, держит меня за руку так крепко, будто боится, что я в любой момент могу исчезнуть. Ее пальцы слегка дрожат, глаза красные от слез.
— Фил… — шепчет она, — ты пришел в себя… Не оставляй меня, пожалуйста, не оставляй больше…
Она гладит меня по волосам, проводит ладонью по щеке. Я хочу обнять ее, прижать к себе, сказать, что все будет хорошо, но тело пока не слушается.
— Ты рядом… — хрипло произношу, пытаясь улыбнуться.
— Конечно рядом, — смеется сквозь слезы. — Где мне еще быть, как не с тобой?
У меня словно дежавю: я уже видел Диану в больнице, только глазами Егора. Она точно так же сидела тогда у его больничной кровати и плакала. Сейчас ей пришлось испытать то же самое.
— Я верила, что ты придешь в себя, — всхлипывает она. — Молилась и верила.
— Сколько времени я был в отключке? — спрашиваю, слабо сжимая ее ладонь.
— Три дня. Долгие и мучительные три дня… — прерывисто вздыхает. — Если бы не твой друг, то… то тебя бы не успели спасти.
— Друг? — не понимаю, о ком она говорит.
— Тимур. Он в тот вечер приехал к тебе, нашел тебя во дворе дома и вызвал скорую. Ты потерял много крови, но врачам удалось спасти тебе жизнь.
Получается, я в каком-то смысле спас жизнь Тимуру, а он в ответ спас жизнь мне…
Внутри все переворачивается от этой мысли. Я еще раз убеждаюсь в том, что все в жизни неслучайно. Я не просто так оказался в его теле, после чего мы стали друзьями… нет, мы стали настоящими братьями. Кроме Дианы Тимур был единственным человеком, с кем я общался, и больше приехать ко мне в тот вечер было точно некому. А он словно почувствовал, что я нуждаюсь в помощи, и оказался рядом так вовремя.
Мне не терпится увидеть его, чтобы поблагодарить за то, что спас мне жизнь.
— Бандита, который на тебя напал, задержали в ту же ночь, — сообщает Диана. — Его нашли по горячим следам. Все позади. Теперь ты в безопасности.
Диана наклоняется ко мне, обнимает осторожно, боясь причинить боль, и целует в лоб, в щеки, в губы.
— Я никуда тебя не отпущу, — шепчет она. — Слышишь? Никуда. Ты мой, и я тебя никому не отдам.
Я закрываю глаза, впитывая ее тепло, ее любовь, ее силу. В этот момент я понимаю: ради нее я готов на все. Ради нее я буду жить, дышать.
Два года спустя
— Нет, дружище, сегодня ты с нами не поедешь, — смеюсь над Саймоном, который, виляя хвостом, идет к моей машине. — А он ведь реально собрался к нам, — оборачиваюсь к Тимуру с Элей.
— Сай, приятель, что за дела? — с наигранной серьезностью обращается он к псу. — Ты у нас теперь на два дома живешь?
Мы с Дианой забираем Саймона к себе, когда Тимур и Эля куда-то уезжают. Гуляем с ним в поле часами, Ди балует его вкусняшками всякими — ему у нас нравится. Вон, уже снова собрался в гости. Даже слова хозяина игнорирует. Демонстративно садится у двери моей тачки и делает вид, что не слышит Тимура с Элей.
— Я тебя в выходные заберу, договорились? — присев на корточки, протягиваю ему руку, но он отворачивает морду. — Эй, ты обиделся? — смеясь, обнимаю его.
— Сай, ну ты же знаешь, как мы тебя любим. Скоро заведем для тебя подружку, — наклоняется к нему Диана и гладит по голове. — Как только наш малыш подрастет, так сразу возьмем хорошенькую девочку для тебя. Да, Фил? — с улыбкой смотрит на округлившейся живот.
— Вы тоже хотите ретривера? — уточняет у нее Эля.
— Да. Мы оба обожаем эту породу.