И так было до тех пор, пока Фил однажды не проснулся в теле Леши, и не увидел глазами ребенка, в каких условиях он живет со своей семьей.
Сейчас Лешка и Анечка бегают по огромному ухоженному саду, а их мама, сидя на террасе, пишет прекрасные картины. Юля до сих пор задается вопросом: почему абсолютно незнакомая старушка Аглая Семеновна подарила им все свое имущество?
Когда к ним в старый дом приехал мужчина в деловом костюме, представился адвокатом некой Аглаи Семеновны, и сообщил, что та оформила на них все свое наследство, Юля едва не потеряла сознание. Она была уверена, что это розыгрыш, пока своими глазами не увидела документы.
Тем же вечером Юля, в потрепанном донельзя платье и изношенных туфлях, стояла на пороге огромного особняка, держа за руку детей, и не верила в происходящее.
Сейчас они с детьми живут, ни в чем не нуждаясь. Юля продает собственные картины, Алешка ходит в школу, Анечка — в садик, и только иногда, очень-очень редко, им снится тот старенький дом, в котором они выживали несколько лет, спасаясь от холода и голода.
В благодарность доброй старушке Юлия вот уже несколько лет ухаживает за ее могилой, ведь кроме нее этого сделать некому. Внуки Аглаи Семеновны отчаянно боролись за дом, и за все, что шло к нему в придачу, но у них ничего не вышло. В итоге оба стали искать легкие деньги, но нашли лишь приключения на свою голову, и загремели в тюрьму.
Много судеб удалось изменить Филу, и одна из таких — судьба девушки Даши, той самой, которая боялась вылезти из своего кокона, расправить крылья, и стать свободной от мнения строгих родителей.
Раньше Даша была словно заперта в тесной скорлупе: серые свитера, строгие юбки до колен, волосы, собранные в тугой хвост. Родители диктовали каждый шаг: какую профессию выбрать, с кем дружить, как себя вести, как одеваться. Она кивала, соглашалась, улыбалась, но внутри все сжималось от тоски.
А потом наступил тот самый день — день, который стерся из ее памяти, словно кто‑то вырвал страницу из дневника жизни. Проснувшись утром, Даша почувствовала странное волнение, будто внутри нее расправились невидимые крылья. Она встала перед зеркалом и не узнала себя. Для нее до сих пор остается загадкой, как это могло произойти? Она абсолютно не помнила, как сменила прическу, как наполнила шкаф новыми вещами, о которых раньше боялась даже мечтать: кожаные куртки с заклепками, юбки с пайетками, футболки с дерзким принтом, ботинки на высокой платформе. Даша крутилась перед зеркалом и с каждой секундой все больше и больше влюбляясь в эту новую, яркую, живую версию себя.
В голову не раз закрадывалась мысль о том, что в ее теле в ту ночь побывал кто-то другой, и этот другой сотворил с ней настоящее чудо.
А уж о ее походе в клуб тем более ничего не помнила: и как была там звездой танцпола, и как отшила бывшего, который, кстати, еще долго обивал порог ее дома и просил дать ему еще один шанс.
Теперь Даша смеется громче всех, танцует до упаду, красится в новый цвет каждую неделю и носит то, что нравится именно ей. Иногда она замирает перед зеркалом и шепчет: «Кто же ты был, тот, кто дал мне смелость?» Но ответа нет — только счастье, легкость и ощущение, будто она наконец‑то проснулась.
Есть еще один человек, в теле которого побывал наш безликий, и за короткое время вдохнул в него желание жить дальше.
Речь идет о Стасе, жизнь которого кардинально изменилась после страшной аварии. Мир стал плоским и серым, как асфальт под колесами его инвалидного кресла. Любимая ушла, не желая тратить свою жизнь на человека, который не способен ходить, а врачи разводили руками: «Операция возможна, но она стоит целое состояние».
Нехватка денег на операцию перечеркнула все шансы Стаса на полноценную жизнь, в которой не будет места инвалидному креслу.
Но однажды утром его разбудил звонок. Мужской голос с мягким акцентом произнес:
— Станислав, мы ждем вас на операцию в нашу клинику. Все расходы покрыты. Когда вы сможете вылететь?
Стас замер, сжимая в руке трубку, не веря словам доктора, и не понимая, кто оплатил такую дорогостоящую операцию?
И это до сих пор остается для него большой загадкой.