— Изучить проблему с близкого расстояния. Все мои знания о предмете разговора сугубо теоретические, а их мир воюет с мёртвым уже три тысячи лет. Покопаюсь в архивах, проанализирую тварей и их силу. Шансы есть.
— Могу помочь. — Подал голос ошарашенный но предельно собранный эльф. Прозвучавшие слова были для него слишком шокирующими, но воин в первую очередь думал лишь о своей цели. — Дом Чёрной Орхидеи- воины, стоящие на страже Разломов уже множество столетий. Никто не знает о проблеме больше нас. Я проведу…
— Нет. — Его глаза сразу же потухли. — Это значительно облегчит мою задачу, но подобное просто невозможно. Для мира ты отработанный материал. Он не желает видеть тех, чья смерть уже произошла. Тоже одно из правил, что препятствует бесконечному возрождению в рамках одного мироздания. Ты мёртв, эльф.
— Значит я не увижу возрождение своего Дома. — Счастливо и как-то печально выдохнул воин, что даже после смерти думал о своих товарищах. — Очень жаль. Но я очень рад, что пророчество оказалось истинным.
— Что за пророчество? — Мгновенно заинтересовалась Рита. Она верила в подобное гораздо больше меня. — О чём?
— "… И придёт человек, что выращен драконами и по силе превзошёл богов. И под его рукой Дом Чёрной Орхидеи обретёт былое величие, восстав из пепла и обернувшись легендой. Смертный, избравший своим символом священный чёрный цветок, и от слова его содрогнётся мир…" Полностью не знаю, рангом не вышел. Этому тексту уже много лет.
— Какое удивительно точное описание. — Язвительно ухмыльнулась Рита, в ответ на что я лишь вздохнул.
— Ну да. Хочешь, расскажу, как было на самом деле? Какой-то особенно чувствительный маг научился слышать мир и возомнил себя пророком. В один прекрасный момент он сумел услышать его зов Хранителю, молва о котором к тому моменту разошлась уже достаточно далеко. Мир просто просил меня прийти и помочь, а пророк ошибочно решил, что этот образ относится к Дому Чёрной Орхидеи. Получил ответ на вопрос, который не был задан.
— А почему тогда на Перекрёсток попал именно эльф из этого Дома? — Риту я точно не переубедил, она лишь продолжала улыбаться.
— Случайность. Члены этого Дома сражаются с мёртвым миром и потому погибают значительно чаще остальных. С тем же успехом здесь мог сидеть эльф любого другого боевого Дома. Впрочем, это удобно. — Мысль я завершил совершенно иначе, чем её начал. — Позволит быстрее втереться в доверие и получить нужную информацию.
— Значит, помогать нашему Дому ты не планируешь? — Напрягся эльф, слегка оскалившись. — Мы сейчас как раз на грани краха. А самое худшее в том, что причиной этому действия сородичей, и…
— Тогда тем более. — Я перебил эльфа, даже не став дослушивать. — Мне абсолютно безразличны войны разумных. Они ведутся постоянно и во всех мирах. Не то чтобы мне было запрещено вмешиваться, просто не хочется. Все и везде с упоением грызут друг другу глотки, даже если причин для этого нет. И именно поэтому я терпеть не могу людей. Даже не проси. Моя задача- спасение мира. Этим и займусь.
— Сражение против абсолютного зла. — Опечаленно кивнул эльф. — Понимаю. К сожалению, мир важнее одного лишь Дома. Даже для меня.
— Да нет никакого зла. — От этой фразы я лишь отмахнулся. — Как и добра. Это всё субъективные категории. Есть лишь выгода.
— И в чём же выгода бездушных? — Заинтересованно спросил Люмье. — И что насчёт демонов? Они тоже не зло?
— Разумеется. Даже Рой, что пытался пожрать население твоей родины. Абаркхар был лишён мира, но отвечал за тварей. Он кормил свой народ. С его точки зрения это не зло. Сейчас за мной объявил охоту Владыка Ледяных Пустошей- Энальдан. Правая рука Седьмого обязана заботиться о всех остальных. Демон пойдёт войной против кого угодно, если будет существовать угроза для его подчинённых. Он лишь выполняет свой долг по защите младших. И за это я Энальдана уважаю, как противника и демона, достойного стоять над всеми остальными.
— Ты не ответил на вопрос про бездушных. — Прервал моё словоизлияние Гастер.
— Потому что вы сами сформулировали ответ. Их выгода- получение души. Никто не может представить, как ощущает себя человек, лишённый этой столь важной части бытия. Никаких эмоций и чувств, желаний и стремлений, абсолютная пустота. Ещё хуже становится, если понять, что разум происходящее осознаёт. Прекрасно знает, чего лишён и почему. А ещё он помнит. Помнит, что когда-то было иначе и тело имело душу. Помнит, как должно быть. Но не может даже страдать из-за этого. Потому что пуст. Отвратительная судьба.
— Бездушные стремятся вернуться в нормальное состояние, но это невозможно. — Печально улыбнулась Лурия. — Бесконечный бег к недостижимой цели, сопровождаемый лишь болью и разрушениями. Кошмар наяву. Разве можно назвать их злом? Эта история больше вызывает жалость.