•- Где это здесь? - недоверчиво спросил я. Меня бесцеремонно бросили в грязь.
– Дома! - сказали Сборщики.- Это будет твой дом до конца жизни.
За спинами трех ужасных чудовищ я увидел зеленовато-серую стену, утыканную острыми шипами. Вдоль стены бродили, разевая кроваво-красные пасти, свирепые овчарки. Я уперся взглядом в ворота, которые, казалось, состояли из одних шипов. Над воротами красовалась надпись, высеченная в камне буквами высотой не менее десяти футов:
УЖАСНЕЙШАЯ ГОЛОАДСКАЯ ТЮРЬМА № 4 МЛАДШАЯ ГРУППА
Под этой надписью имелась другая - буквами помельче, фута в два высотой:
Оставь надежду всяк сюда входящий.
– До конца жизни… - прошептал я. Ворота, как мне показалось, сами собою распахнулись, и к нам вышел самый жирный демон из всех, каких я когда-либо видел. Он был пурпурного цвета и напоминал роскошную гроздь темного винограда на ножках.
– Не волнуйся, - утешило меня это разъевшееся существо. - Жить тебе осталось не так уж долго! А вы хорошо поработали, - махнул он рукой Сборщикам. - Еще одна душа поступила в мое распоряжение. Вы свободны.
– Мы - Сборщики Ужаса. Мы отправляемся собирать дальше! - хором отрапортовали трое монстров и заковыляли по дороге прочь от башни.
– Меня зовут Урф, - произнес раскормленный демон с гнусной ухмылкой. - Я твой хозяин, по крайней мере, пока ты жив. - И он захихикал, как будто сказал что-то смешное. - А теперь познакомлю тебя со своими малютками. Идите-ка сюда, мои крошки!
И они хлынули изо всех щелей с громкими криками:
– Слюнки! Слюнки! Слюнки текут!
Мне не нужно было представлять эту нечисть. С троллями я уже встречался: мускулистые твари, кажется, состоящие лишь из огромной слюнявой пасти и желудка. Ходячие полные комплекты острых зубов. Один из них сразу нацелился откусить мне голову.
– Нет, нет! - закричал Урф. - Не есть! Мучить!
– А слюнки? - разочарованно заныл тролль.
– Пойдем! - вежливо пригласил меня демон. - Позволь пригласить тебя внутрь!
Мы вошли за ограду. Всюду был зеленый светящийся мох, к которому я уже привык за время нашего путешествия под землей. Все это очень напоминало луг или поле. Здесь могло бы быть даже приятно, если бы не вопли, доносившиеся откуда-то издалека.
– А-а, это! - сказал Урф, заметив, что я вздрогнул, услышав крики. - Со временем привыкнешь.
Урф и его тролли повели меня к низеньким строениям, сгрудившимся на краю поля. Утыканная шипами дверь при нашем приближении распахнулась.
– Это мой офис, - сказал Урф, пропуская меня вперед. - Добро пожаловать в любое время. В тюрьме номер четыре гуманные порядки. Когда твои мучения станут нестерпимыми, можешь прийти сюда и поползать на коленях или на брюхе и поумолять о пощаде. Конечно, это не поможет, но все-таки…
Я огляделся. Комната показалась мне совершенно безликой. Все вокруг было сделано из камня. Стены, пол, потолок - все состояло из серых каменных плит. Даже стол, казалось, высекли из огромной глыбы.
– Вижу, ты заметил, что я тут все отделал в самом современном стиле! - сказал демон с нескрываемой гордостью.
Он присел на краешек каменного стола и продолжил:
– Я очень горжусь своей тюрьмой. Можно сказать, я создал ее из ничего! Видал слова, высеченные над входом? Знаешь, чего мне стоило добиться такой отточенной формулировки? А они еще называют мою тюрьму «младшей группой»!
Демон указал на стену своего пещерообразного офиса:
– Смотри! Вон они - надписи, которые сменяли друг друга над входом. Я храню их, как напоминание о том, сколь многого мы добились.
Я увидел на стене три надписи двухфутовыми буквами. Верхняя гласила:
«Входя сюда, попрощайся с надеждой» Чуть ниже я прочитал:
«Простись с надеждой всяк сюда…»
Я даже дочитывать не стал, а обратился к третьей, самой нижней надписи:
«Можешь проститься с надеждой, войдя…»
Да, я понял, в чем тут суть!
– То-то! - кивнул демон. - Каждый новый вариант давался мне с боем, уверяю тебя! Щипцы для пыток должны быть до блеска начищены, кипящее масло - кипеть! Надо все время держать форму. Предприятие - оно и есть предприятие. За землю в Голоадии сейчас глаза выцарапают. Только зазевайся - и у тебя отнимут твою хорошенькую тюрьму и построят на этом месте какой-нибудь очередной небоскреб «Слизь О'Рама». Представь себе: вот ты - старый рабочий демон, всю свою жизнь посвятивший делу терзаний и мучений… Один неверный шаг - и прощай, тюрьма, привет, слизьбургеры!
– Да уж,- кивнул я, поняв, что от меня ждут сочувствия.- Это ведь называется прогрессом, верно?
– Прогрессом? - Урф скорчил болезненную гримасу. - А ты когда-нибудь пробовал слизьбургер? Впрочем, я и забыл! - Он захохотал дьявольским смехом. - Ты же у нас в гостях. Скоро только ими и будешь питаться!
Питаться слизьбургерами? Смех Урфа нравился мне все меньше и меньше. Вероятно, он привел меня сюда, чтобы бесконечно запугивать. Что ж, я покажу ему, что Вунтвор Ученик Волшебника - не робкого десятка!
– Так пытай же меня! - воскликнул я. - Старайся изо всех сил! Тем скорее ты со мной покончишь!
– Э-э, нет! - злобно засмеялся этот мерзавец. - Мы тебя будем долги мучить! Мы насладимся твоей агонией!
Агонией? Какое неприятное слово! Даже противнее, чем «пытка»!
– Пойдем! Я покажу тебе твою камеру.
– Слюнки, слюнки текут! - оживились притихшие тролли. Эти вонючие твари снова окружили меня. Нет, от них не убежишь. Что ждет меня? Пытки? Агония? А может, лучше самому прыгнуть в пасть к одному из троллей? По крайней мере, так быстрее.
Потом я подумал о Нори. Где в этой дикой стране затерялись ее следы? А вдруг она в той же тюрьме, что и я? По правде говоря, я пришел в Голоадию, где за каждым поворотом подстерегает опасность, не столько ради спасения Вушты, сколько ради Нори. Теперь, когда смерть моя была так близка, я мог признаться себе в этом. Позволить троллям съесть себя - значит, поступить малодушно! Если существует хотя бы один шанс из сотни, что удастся бежать, да хотя бы один шанс из тысячи, я должен им воспользоваться ради Нори! Я обязан держаться даже не ради себя, а ради своей возлюбленной.
– Делайте свое дело, - процедил я сквозь зубы, входя в следующий домик.
– Не волнуйся! За нами не заржавеет! - заверил Урф.
Тролли схватили меня за руки и поволокли вверх по винтовой лестнице.
– О нет! - раздался жалобный вопль откуда- то снизу. - Не надо! Неужели у вас нет ни капли жалости?
– Стоп, крошки! - велел Урф троллям. - Я хочу, чтобы наш гость посмотрел на это. Очень поучительно, если кто желает побольше узнать о наших методах.
Тролли толкнули меня вперед с такой силой, что прямо припечатали к решетке, за которой была большая ярко освещенная комната. Судя по рядам длинных скамеек, комната использовалась для собраний и заседаний. Однако сейчас в ней находился всего лишь один человек, прикрученный к скамье толстыми цепями. Его когда-то богатая и добротная одежда была изодрана в лохмотья, и спутанные волосы падали на умное, благородное лицо. Человек сидел лицом к сцене, над которой то и дело зажигалась красочная надпись: «Представление начнется через две минуты!»
– Нет! - вопил он, как будто кто его резал. - Я не выдержу!
– Этот человек когда-то был драматургом,- прошептал мне на ухо Урф. - Очень знаменитым драматургом! Он сочинял и веселые комедии, и ужасные трагедии. По неосторожности подписал контракт с демонами. И вот он наш!
– И вы заставляете его смотреть пьесы? - догадался я и почувствовал некоторое облегчение. - Не самая ужасная пытка!
– Ха! На этой сцене не играют обычных пьес! - рассмеялся Урф. - Мы заставляем его смотреть водевили. И уж будь уверен, хуже водевилей не найдешь!
Над сценой тем временем зажглась новая надпись - желтые буквы по синему полю: «Представление начнется через одну минуту!».