Сегодня мир погружён в бойни. Демоны и орки продолжают сражаться, уничтожая и разрушая всё на своём пути. Конфликт стал частью повседневной жизни, и оба народа готовились к постоянным военным действиям и разрушениям.
Границы между территориями демонов и орков постоянно меняются, а разрушенные земли служат напоминанием о цене амбиций и борьбы.
Существует мнение, что в будущем конфликт может привести к новой катастрофе или, возможно, к долгожданному миру, но на данный момент война продолжается, оставляя в своих следах разруху и страдания.
Душевные терзания
Горящий город все больше поглощался хаосом и разрушением. Все вокруг наполнилось звуками битвы, разрушенными строениями и огнем, возвышающимся к небесам.
Аромат гари и пепла проникал в каждую улицу, скрывая небо и оставляя лишь красное зарево на горизонте.
Ализа и я мчались по узким улочкам, ищущим выход из этого ада. Грохот боевых барабанов и дикий рёв орков и демонидов разносились эхом, превращая каждый шаг в отчаянный рывок за выживание.
Словно тени, мы проскальзывали между обрушившимися домами и горящими лавками, тщетно надеясь найти путь к спасению.
Повсюду царил хаос: воины, вооруженные до зубов, прорывались сквозь защитников города, как лавина. Их ярость и безжалостность не оставляли шансов ни на пощаду, ни на побег.
Орки, высокие и грубые, с темно-зелёной кожей и горящими глазами, расправлялись с каждым, кто попадался им на пути. Демониды — существа с пламенным взглядом и зловещими глазами, слетались на каждую искру света, сражаясь и уничтожая всех орков, что вторглись в их дом.
Мы пытались прорваться к городской стене, но каждый наш путь был перекрыт. Одна за другой, улицы были переполнены войсками захватчиков. Пламя усиливалось, обнажая мрачные силуэты разрушенных башен и дымящихся домов.
Везде царила паника: жители в спешке бросали свои дома, пытаясь спастись от неумолимого ужаса.
Силы покидали нас, а надежда угасала с каждым шагом. Мы чувствовали себя как мыши в лабиринте, из которого нет выхода.
Но мы не сдавались, продолжали искать путь. В какой-то момент Ализа остановилась, тяжело дыша, и, повернувшись ко мне, сказала: "Мы не можем останавливаться. Мы должны найти выход. Там должен быть другой путь".
Но все наши попытки были тщетными. Город превратился в ловушку, из которой не было выхода. Мы были окружены огнём и врагами, и казалось, что судьба нас уже настигла.
После долгого времени бесплодных поисков и отчаянных попыток найти выход из горящего города, мы наконец наткнулись на одно место, которое казалось единственным шансом на спасение.
Пройдя через лабиринт узких переулков, мы обнаружили почти незаметный проход между двумя высокими стенами, скрытый от глаз любопытных. Казалось, что он ведёт за городские стены, к долгожданной свободе.
Радость и облегчение переполнили нас. Сердца забились быстрее, когда надежда снова ожила. Мы верили, что скоро увидим Тимми и Джереми, которые, как мы надеялись, были в безопасности за пределами города.
Мы с волнением ускорили шаг, перепрыгивая через обломки и обгорелые останки, почти не замечая ни запаха гари, ни отголосков битвы, которые продолжали раздаваться за нашими спинами.
Переулок был темным и узким, но мы уверенно продвигались вперёд, следуя свету, пробивавшемуся из-за угла. Каждый шаг приближал нас к выходу, и мы уже видели свет в конце этого пути.
Но в тот момент, когда мы почти достигли заветной цели, все изменилось в одно мгновение.
Внезапно раздался резкий свист, и стрела, пронзившая воздух, вонзилась в грудь Ализы. Ее глаза распахнулись от боли и неожиданности, а ее тело, казалось, обмякло на глазах.
В словно замедленном кадре, она начала падать, ее светлая одежда стремительно наполнялась багровым оттенком. Кровь стекала по ее платью, образуя мрачные пятна на тонкой ткани.
Я почувствовала, как внутри меня всё сжалось от ужаса. Сердце застучало в груди с такой силой, что казалось, вот-вот вырвется наружу.
Я бросилась к Ализе, отчаянно пытаясь оттащить ее в сторону, подальше от опасности. Мои руки судорожно сжимали рану, пытаясь остановить поток крови, но она не прекращала течь. Я рыдала, слезы текли по моим щекам, смешиваясь с ее кровью, и беспомощно умоляла ее не покидать меня.
Ее лицо становилось все бледнее, а дыхание - прерывистым и слабым. С дрожью в руках она сняла кулон с шеи и вложила его в мою руку.