Следующий шаг — дыхание. «Магия — это поток. Чтобы направлять его, нужно научиться управлять собственным телом», — объяснял он. Я должна была дышать ровно, глубоко, и на каждом вдохе представлять, что вбираю силу из воздуха, а на выдохе — выпускаю её наружу.
Поначалу у меня кружилась голова, я задыхалась. Но постепенно дыхание становилось ритмичным. Я начала ощущать лёгкое тепло в груди, как будто внутри зарождался огонь.
Когда я научилась удерживать внимание и дыхание, меня заставляли «слушать» землю. Я садилась на колени, ладонями касаясь камней, и пыталась уловить их силу. Иногда я чувствовала слабое вибрирование — как далёкий гул.
— Энергия вокруг нас, — говорил учитель. — Она в земле, в воздухе, в огне. Но пока ты не научишься её чувствовать, ты ничем не владеешь.
Первые дни были мукой. Я сидела часами, и ничего не происходило. Только в конце второй недели, когда я уже почти отчаялась, в ладонях вдруг мелькнуло слабое тепло, словно отклик. Это был мой первый успех.
Когда учитель решил, что я готова, он принёс факел. Заставил меня смотреть на пламя, чувствовать его ритм.
— Ты не управляешь огнём, — сказал он. — Ты договариваешься с ним.
Я сидела перед факелом, вытягивала руки, старалась «почувствовать» язык пламени. Вначале это было бессмысленно — я просто жгла ладони. Но через несколько дней я заметила, что пламя слегка колышется в такт моему дыханию.
Это было крошечное достижение, но я почти расплакалась от радости.
*******************************
Каждый день повторялся: рассвет — медитация, дыхание, ощущение земли, работа с пламенем. Иногда я падала от усталости, едва добираясь до своей койки. В голове стучало только одно: я должна выжить, я должна отомстить.
И каждый вечер ведьма смотрела на меня холодными глазами, словно проверяя: сломалась я или нет.
Четыре месяца спустя
Прошло около четырёх месяцев с того дня, как ведьма надела на мою руку проклятый браслет. Время потекло странно — дни сливались в однообразный круг тренировок, боли и усталости. Но в этом круге появился ритм. Я уже не спотыкалась на каждом шаге, не падала от первых же упражнений.
Огонь постепенно начал подчиняться мне. Сначала — крошечный язычок пламени, едва заметный, что мигал в такт моему дыханию. Потом — уже устойчивый факел, который гнулся и тянулся туда, куда я хотела. Иногда я могла разжечь сухую ветку без огнива, иногда удержать горящую свечу, не дав ей потухнуть даже на сильном ветру. Каждый такой успех отдавался внутри дрожью радости, но и страхом: сила давалась ценой боли и крови.
Кошмары никуда не ушли. Почти каждую ночь я снова слышала крики, видела лица мёртвых, огонь и орков, от которых невозможно скрыться. Но теперь я научилась отвлекать себя. Сразу после пробуждения я повторяла одно: я должна стать сильнее. Я должна отомстить. Эти слова стали моей бронёй, как заклинание, которое не даёт упасть в бездну.
Утро.
С первыми лучами солнца меня поднимал наставник. Мужчина средних лет, с суровым лицом и усталым, но твёрдым голосом. Он не жалел меня, не позволял отдыхать. Первая часть дня — дыхание и медитация. Я сидела на камне, вбирая воздух и выдыхая его, представляя, как вместе с дыханием течёт магия. Затем — упражнения на концентрацию: удержание пламени в ладонях, его размер, форма. Иногда я сидела часами, пока огонь не переставал расползаться и дрожать.
День.
Днём начиналась настоящая работа. Мы отрабатывали боевые заклинания. Наставник рисовал на земле знаки, заставлял меня повторять их и произносить слова.
Атакующие заклинания: струя огня, вспышка, огненная стрела. Они требовали силы и сосредоточенности. Ошибка стоила ожога.
Защитные заклинания: создание короткой стены пламени, чтобы отразить удар; заклятие «теплового купола», отгоняющего холод и стрелы.
Заклинания поддержки: простое «вспыхни», чтобы разжечь огонь для света и тепла, или тёплый огненный поток, который помогал восстанавливать силы после изнурительных упражнений.
Каждый раз, когда я падала от усталости, наставник повторял:
— Маг, который не умеет стоять на ногах, не живёт долго.
******************************
Через пару недель он заставил меня делать то, что казалось бессмысленным. Бег по утрам, подтягивания на ветках, удары по чучелу. Однажды я сказала, что это не магия. Но он отвечал: