Я подошла ближе. Она слегка повернула голову — не удивилась, не испугалась. Просто отметила моё присутствие, словно уже знала, что я приду.
— Алая ведьма, — сказала она спокойно. Голос её был ровным, чуть низким, будто она произносила каждое слово осторожно.
— Синие цепи, — ответила я. Слова вырвались сами собой, и уголок её губ дрогнул.
— Забавно. Обычно меня зовут проклятой. Но твоё определение звучит красивее.
Я смотрела на её пламя. Оно плясало над её ладонью, не горячее, а жгуче-холодное. И я поймала себя на мысли, что вижу в ней не только соперницу, а и некое свое отражение — ту же борьбу, только в другой форме.
— Думаю, мы в чем-то похожи — сказала я.
Она подняла взгляд.
— У тебя — кровь. У меня — цепи. Но и твоя, и моя сила однажды сломает нас, если мы не научимся держать её полностью под контролем. В этом мы одинаковы...
Я кивнула ей.
— Что ж… тогда посмотрим, кто выдержит дольше.
Она чуть усмехнулась.
— Договорились.
Я развернулась и ушла обратно к лагерю. А её синие узоры ещё долго светились в темноте за моей спиной.
Я села у костра, сосредоточенно перебирая травы и коренья для зелий. Остальные отошли дальше, обсуждая маршрут, и мы с ним остались почти одни.
Я почувствовала на себе его взгляд ещё до того, как подняла глаза. Он стоял, опершись плечом о ствол дерева, скрестив руки на груди, и с явной ленивой усмешкой наблюдал за мной.
— Что? — я приподняла бровь, стараясь казаться невозмутимой.
— Ничего, девочка, — протянул он низким, хрипловатым голосом.
Я нахмурилась.
— Я не девочка.
Он оттолкнулся от дерева и медленно подошёл ближе. Его шаги были тяжёлые, уверенные, словно у хищника, и сердце у меня предательски ускорилось.
— Девочка, — повторил он, почти шепотом, но так, что каждое слово будто обожгло кожу. — И очень привлекательная девочка
Он оказался рядом, и я, неосознанно, откинулась чуть назад, ладонью упираясь в землю. Но он подался ближе. Его дыхание коснулось моего виска, а голос стал ниже, тише:
— Я называю тебя девочкой только потому, что ты ещё понятия не имеешь… как сильно можешь влиять на меня.
Моя кровь закипела. Я попыталась выровнять дыхание, но оно всё равно сбивалось. Его рука скользнула к моей талии, едва касаясь, но этого хватило, чтобы по коже пробежали мурашки.
— Ты слишком самоуверен, — прошептала я, стараясь не показать дрожи в голосе.
Он усмехнулся, наклонился чуть ближе, так что наши губы разделяло всего несколько сантиметров.
— А ты слишком упряма.
Я дернула подбородком, будто готовая оттолкнуть его… но вместо этого моя рука сама поднялась и легла на его руку. Его дыхание изменилось — стало резким, хищным. Глаза блеснули, и он прижал меня чуть сильнее, сжимая талию.
На мгновение мне показалось, что он поцелует меня.
Он посмотрел на меня долгим, прожигающим взглядом и всё же прошептал, с той самой хищной улыбкой:
— Береги огонь, девочка. Пусть пока горит только внутри. А позже будет и не только...
На следующее утро, мы снова двигались по узкой тропе, прорубленной меж скал. Ветер завывал, гнал пыль и запах гари с низин. Тропа казалась пустой, но каждая клетка моего тела чувствовала — нас ждут.
И они выскочили внезапно. Из расщелин — черные, словно смола, существа с кривыми когтями и алыми глазами. Нечисть. Их было слишком много.
Я успела вскинуть руку, призывая огонь, когда одно из созданий рвануло прямо на меня. Острые когти почти коснулись лица — и вдруг сильная рука отшвырнула меня в сторону.
Я ударилась о камень, задыхаясь, и подняла глаза — он уже стоял между мной и тварью. Повелитель Драконов.
Ромус не просто дрался — он был сама ярость. Его клинок вспыхнул отражением пламени, и каждый удар был точным, смертельным. Он разорвал первого, второго… но нечисть всё лезла и лезла.
— Лилит! — рыкнул он, даже не обернувшись.
Я ощутила прилив силы и все же подняла огонь, разметая приближающихся тварей. Мы сражались рядом, плечо к плечу. Его спина прикрывала меня, а мой огонь обжигал всё, что пыталось прорваться к нему.
Один из монстров проскользнул сбоку и рванулся прямо ко мне. Я не успела — он был слишком быстрым. Когти уже потянулись к моему горлу.