Когда фермер услышал шум шагов возвращавшейся домой жены и их друга, решил заставить их посмеяться над его неуклюжей игрой. Когда те вошли, он ударил по струнам. Зазвучала мелодия, такая прекрасная и сложная, которую никогда бы не смог сыграть. Ноги его жены начали притоптывать, отбивая ритм, а друг принялся раскачиваться, а потом кружиться и приплясывать в такт музыке. Однако на их лицах не было радости, а только испуг и смущение. Они потребовали прекратить игру, а когда он остановился, замерли, покачиваясь в полном изнеможении.
Озорство вскоре превратилось в жестокость, когда мужчина обнаружил, что может заставить калек выпрыгивать из постели и танцевать, мучительно хромая, под музыку арфы. Он заставлял своих врагов танцевать до тех пор, пока у них не ломались кости. Когда эльфы проведали, как использует он их подарок, однажды ночью, пока он спал, забрали арфу. Они сделали ее не для того, чтобы ею пользовались во зло, и были потрясены, когда увидели, как легко ее волшебная сила может быть использована со злым умыслом».
Маленькое окошко начало жемчужно сереть, когда в него вползали первые пучки света. Первым проснулся Артур и в свете проступавшего утра обвел взглядом избушку лесника. На полу остался брошенным тулуп из бараньей шерсти, которым старик укрывался на ночь. Кролик принюхивался к краю половицы, вздрагивая от каждого шороха. Сам хозяин хижины куда-то исчез. Ничего примечательного в его запыленной и заваленной книгами берлоге не нашлось. Кроме одного.
Артур остановил взгляд на прозрачной закрытой вазе, стоявшей на прибитой к стене деревянной полке, – в ней пряталось нечто темное и неясное. Мальчишка подошел ближе, взял предмет и начал разглядывать содержимое через стекло: внутри оказалась свернутая в кольцо тонкая черно-зелёная змея. Заключив, что она мертва, мальчик для верности потряс вазу. Через мгновение Мари проснулась и, открыв глаза, приподнялась.
– Пока вы спали, я сходил в деревню, принес молока и еды, – прохрипел старик, заходя в избушку. – Перед дорогой вам нужно подкрепиться, да и не оставим же мы голодным нашего нового друга.
Лесник налил в блюдце молоко для кролика и положил рядом разрезанное надвое яблоко. Ведомый запахом, ушастый соскочил с прежнего места и прыгнул под стол, откуда начал издаваться сочный хруст. Затем старик заварил крепкий чай, поставил на стол сливочное масло и сыр, нарезал хлеб.
– Прошу, – пригласил он детей.
– Почему в вашей вазе сидит змея? – спросил Артур, усаживаясь за стол.
– С тех пор, как стал работать лесником, часто встречаю гадюк в гуще леса.
– Так вы их коллекционируете? – заинтересовался мальчик.
– Нет-нет. Я стараюсь быть осторожен с ними и обходить стороной, но эту змею я не заметил и наступил ей прямо на хвост.
– И что было дальше?
– Она зашипела и укусила меня за мою левую ногу, потому что именно в тот день я забыл надеть болотники. В приступе боли и испуга я забил гадюку палкой и, хромая, пошел в деревню. Там мне смазали место укуса настойкой сосновых шишек. Но деревенский фельдшер предупредила, что я могу лишиться ноги, если не поеду в больницу. Только я не хотел тащиться в райцентр за тридцать километров отсюда. И все же нога осталась целой, только хромает с тех пор.
– Так зачем вы посадили гадюку в вазу? – поинтересовался Артур.
– Как ни странно, я больше испытывал жалость к этой змее, чем к себе и своей ноге. Ведь я остался жив, а змея умерла из-за меня, моей неосторожности. По сути дела не она виновата в том, что так случилось. Эта гадюка просто ползла по своим делам, пока не встретила меня, неуклюжего лесника. На следующее утро я с перебинтованной ногой поплелся к тому месту, где она лежала. Она так и осталась там, беззащитная, одинокая, неприкрытая ни землей, ни листочком.
Я смотрел на эту божью тварь и чувствовал какое-то родство с ней. Ведь я точно так же одинок, как эта гадюка, и так же сильно хотел жить. Вот тогда я и решил принести змею в дом, положил в вазу, чтобы она напоминала мне о том, что всегда, в любую минуту нужно быть начеку. Леснику нужна бдительность, чтобы случаем не наступить ногой на чью-то хрупкую жизнь.
Ребята внимательно слушали старика, который, несмотря на свой потрепанный нелепый вид, вызывал уважение, ему хотелось доверять.
– Будьте осторожны в дороге, – вкрадчиво добавил он. – Рядом с вами нет взрослого, вас некому защитить. Но я имею в виду не гадюк, а людей, которые могут встретиться на пути. Иные из них бывают опаснее и страшнее ядовитых змей.