– Никому не останавливаться, – крикнул король.
– Но…
– Не останавливаться! Что такое?!
Солдаты, несшие факелы впереди, остановились и осветили закрытые двери. Пес совершенно спокойно толкнул мордой одну из створок и прошел внутрь. Вся компания тут же устремилась следом. Собака прошла несколько метров залезла под стол и улеглась на грязную ветошь. Помещение, в которое она привела своих непрошенных гостей, походило на лабораторию, заполненную древностями, колбами, чучелами мелких животных и емкостями с мытным раствором. Запах стоял тошнотворный. Вошедшие поспешили достать надушенные платки, а король, выхватив у одного из солдат факел, принялся водить им над головой, чтобы осветить нишу с несколькими рядами полок. В прозрачных стеклянных сосудах плавали отдельные части когда-то живых организмов.
– Поразительно, – король водил выпуклыми глазами.
Изабелла и Катиния прижались друг к дружке и не шевелились. Девушки боялись задеть платьями какой-нибудь предмет и только удивленно крутили головами по сторонам, прикрывая носы платками. Принц глянул на Уну. Девушка стояла в стороне и старалась не смотреть по сторонам. Ее тело подрагивало или это свет так отражался на ее коже, но вид у нее был такой же, как и при посещении королевской коллекции.
– Значит вот, что тут замышлялось, – король осмотрел по кругу все помещение. – Меня решили обойти в моей бесценной коллекции.
– Похоже на то, ваше величество, – подтвердил герцог.
– Значит, они отправились за очередным экземпляром и сами сгинули, – рот короля разъехался в довольной ухмылке. Он повернулся и посмотрел на Уну.
– Это было бы так забавно, сделай я чучело из их единственного ребенка, – король прыснул.
Уна отвернулась и побежала к выходу. Один из солдат бросился следом, но король остановил его жестом руки.
– Пусть идет. А вы приведите сюда моих смотрителей за экспонатами, пусть вынесут все самое годное.
– Это не справедливое решение отец, – горячо воскликнул принц.
– Я признаю девчонку наследницей и как ее опекун позабочусь должным образом о трудах ее безвременно сгинувшего отца, – король развел руки и холодно посмотрел на сына.
Обсуждать решение короля никто не решился и все в полном молчании направились к выходу.
***
Король закатил пирушку, дабы отпраздновать, как все говорили во дворце «счастливое приобретение давно потерянной племянницы». Конечно, никаких доказательств, что Уна и есть та самая девочка, которая десять лет назад пропала в море и вернулась только сейчас, у него не было. Но жажда завладеть пусть и вымышленным богатством у короля имелась непомерная. Он официально признал себя единственным опекуном несчастной девочки с ужасно трагической судьбой. Некоторым лордам король даже рассказывал, что специально отправился на дальние острова, дабы отыскать бедняжку. Принцу это все страшно не нравилось, хотя теперь Уна могла свободно передвигаться и даже присутствовать на этом вечере. Правда это была больше обязанность и хочет она быть здесь или нет, никто не спрашивал. Филипп сразу увидел ее худенькую фигурку, стоящую у дальней колонны. Сегодня над нарядом изрядно потрудилась горничная, которая как видно, питала к Уне симпатию. Девушке подобрали шелковое платье бледно-молочного цвета, удачно контрастирующее с ее смуглой кожей. Рукава из тончайшей ткани колыхались от малейшего ветерка и напоминали трепещущие крылья. Длинные распущенные волосы соединяла изысканная бриллиантовая заколка – подарок Филиппа, который он прислал сегодня тайно. Принц и сам в этот вечер был наряднее обычного. На нем сидел новый костюм из дорогой экзотической ткани, которая при малейшем движении поблескивала и вдобавок была вся расшита золотыми цветами.
Изабелла и Катинья, сбившись в стайку, переговаривались и кидали на Уну завистливые взгляды. Это делали не только они. Большая часть гостей, с изумлением смотрела на еще вчерашнюю дикарку. Никто, правда, так и не решился к ней подойти. Хотя сразу нашлись благородные лорды утверждавшие, что знали ее еще малышкой.
– Отец, – Филипп присел возле короля, – что теперь будет с Уной?
– С кем? – король двумя руками пытался отделить мясо от кости.
– С твоей новой… – Филипп сделал паузу, – племянницей.
– А! – король выдрал кость и указал ею на Уну.
– Да, что будет с ней теперь, когда ты ее опекун?
– Ну, для начала, – король наклонил голову ближе к сыну, – для начала, я разберу этот треклятый замок и найду сокровищницу.
Принц подавил в себе желание высказаться на этот счет, а лишь спросил: