– Доброе утро!
– Утро? На острове где я живу, уже готовят обед, – Уна сказала это, не улыбнувшись.
– Тогда я приглашаю тебя пообедать вместе со мной. Принесите сюда еду! – Филипп обратился к слуге, который стоял у двери и тот мгновенно удалился.
Уна подошла ближе и стала с любопытством разглядывать медальоны на груди принца.
– Если бы ты в этом упал в воду, то никогда бы не выплыл.
– Да, мне повезло, что я был в одних панталонах, – Филипп засмеялся, а Уна от непонимания наморщила лоб.
Принц решил не углубляться в эту тему.
– Как твоя нога?
– Уже не больно, – Уна небрежно мотнула головой.
– Мне сказали, что ты не ела с тех пор, как сошла с корабля.
Уна только неопределенно пожала плечами и тут же продолжила:
– Я хочу домой.
Принц ожидал от нее что-то в этом роде, но еще не успел придумать ответ, поэтому сказал первое, что пришло в голову:
– Пока это невозможно.
– Когда будет возможно?
– Э-э-э…
– Меня привезли сюда, чтобы убить? – Уна нахмурилась и скрестила на груди руки.
– Нет, – принц на секунду растерялся. – Ты гостья.
– Почему тогда стража у моих дверей?
– Это временная мера.
– Тогда я хочу увидеть коллекцию твоего отца.
– Зачем? – этого принц никак не ожидал услышать.
– Хочу увидеть и понять для чего меня забрали и везли в клетке.
Филипп неодобрительно свел брови. Он пытался подобрать слова для продолжения этого непростого разговора, как в комнату занесли три широких подноса и принялись раскладывать тарелки на стол.
– Что это? – Уна подошла к столу и ткнула пальцем в темно-красный кусок мяса.
– Это олень, убитый вчера, – ответил слуга принесший поднос, – он бросил робкий взгляд на принца и тут же поклонился в его сторону.
– Обожаю оленину, ее лучше есть с вот этим хлебом, – Филипп уселся за стол и оторвал большой ломоть еще дымящегося темного хлеба. Он надеялся, что еда отвлечет его гостью от начатого разговора.
Уна нехотя присела на предложенный ей стул, но на стол глянула с любопытством.
– Мы едим только рыбу и то, что можно найти в море.
– А мы едим все, что от нас убегает! – Филипп хмыкнул, но поймав взгляд Уны, тут же подавил смех.
– Я не буду это есть!
– Но…
– Я хочу видеть коллекцию твоего отца! – снова повторила Уна.
– Я не могу показать ее тебе прямо сейчас.
– Почему же?
– Потому что туда не ходят как на прогулку. И ты не августейшая особа, – принц с шумом выдохнул.
– Тогда я больше не хочу тебя видеть. Можешь убираться прямо сейчас. – Уна снова сложила руки и уставилась на принца долгим взглядом.
Филипп еще никогда в жизни не слышал таких слов в свой адрес. Нет, она все-таки была девчонкой. Гадкой и жестокой девчонкой. Впервые секунды принц даже не знал, что ответить. Он только почувствовал, как горит его шея под белоснежным накрахмаленным воротничком. Слуга, стоявший возле стола, деликатно отошел на несколько метров к выходу и опустил голову. Девчонка продолжала смотреть на него без капли сожаления.
– Я оставлю еду здесь. Поешь, когда захочешь, – это все что он смог ей сказать на обидные высказывания.
Принц не хотел, чтобы она голодала. Утром, когда его одевали и укладывали волосы, он представлял, как позавтракав, они отправятся гулять в сад. Но теперь, прекрасный день испорчен. Принц молча вышел из комнаты и, в самом дурном расположении духа отправился обратно к себе.
***
Ужин пришлось провести в обществе отца, дяди и еще некоторых приближенным к королю. Что-то подсказывало, что это будет смертной скукой. К тому же он был все еще расстроен утреней ссорой с Уной.
– Слыхал, что в моду входят эти приборы, но не думал, что у нас они появятся так скоро, – придворный лекарь понес к лицу вилку с двумя зубцами. Это был не молодой человек с набухшими веками и впалыми щеками. А еще с очень редкими и сальными волосами, тщательно зачесанными за уши.
– Да, это очень быстро входит в моду. Все дамы просто в восторге. Но я предпочитаю, есть по старинке, – король взял двумя руками жареного зайца, – оставим эти забавы женщинам.