Я на минуту задумался. Конечно, как стартовый регион для ускорения прогресса, Поморье наиболее привлекательно. Народ там более "живой", восприимчивый к новому. И на внешний рынок оттуда путь короче, да и внутренняя торговля самая обширная.
— Нет, Никита, — ответил за меня, чуть успокоившийся Борис Голицын. — Тому три причины есть. Первое: в Архангельск или Холмогоры Ивана сослать не удастся — слишком велик замах стрельцов, а он главный обвиняемый. Как бы в Нерчинск его не сослали. Второе: на Урале нам главное базу производственную создать и людей пересилить из России. И наконец, третье: раз уж "государь" золото добывать хочет, то и пригляд надо иметь особый. По первоначальным то задумкам сразу пятерых вселенцев на Урал готовили. А тут и век древнее и нас меньше. — Он повернулся ко мне. — А ты, господин аудитор, чего хочешь делать?
— Вырасти. Просто вырасти и стать взрослым, Борис! — Я продолжил. — Если сможем, кого из новообнаруженных в помощь Ивану отправить, то сделаем. Хорошо бы и в Нерчинске процессы добычи серебра немного спрогрессировать. Мы, наверное, с Никитой попробуем здесь опытное механическое производство создавать. Так сказать базу приборостроения. Для прогресса точность измерения и единые стандарты весьма полезны будут. Никита ты, надеюсь, уже метрическую систему основал?
— Конечно, Пётр Алексеевич. У меня и эталоны заготовлены. Снабдить Ивана Кирилловича ими мы сможем быстро. А я уже и мастеров-часовщиков подбирать начал для изготовления приборов.
— А надо ли сразу переходить на метрическую систему? — спросил Иван. — Ведь большинство мастеров привыкли к традиционной. Не затормозит это внедрение новых технологий?
— Нет, уж. — Возразил Никита. — Я считаю, что лучше сразу ввести метр и грамм, да перевод счисления исключительно на арабские цифры необходим. У русских мастеров у каждого своя система мер применяется. Стандартов единых совершенно нет. Вот нам и требуется торить здесь дорогу прогрессу. К тому же единая система мер, не привязанная к мировым, несколько затруднит пиратство наших технологий Западом.
— Государь, а остальные вселенцы, какие объявятся, что здесь будут делать? — Спросил Иван.
— Я не знаю. Вопрос к Борису — я прогрессорствовать не готовился. Остальным — надо, наверное, делать всё, как и рассчитывали. Поначалу просто выжить. Пока не вживемся и твердо власть не возьмем, сильно выделятся опасно. Живо ребята местные за колдовство нас упекут. Сомневаюсь, что "царская крыша" сможет сберечь тех из нас кто слишком рьяно супротив церковников пойдет. Борис, ожидаю, прикроет нас перед моей сестрой и своим кузеном. Мы с тобой, Никита, попробуем еще лицей и академию создать. Пока потешные, а затем и настоящие. Самое скучное, но простое предстоит Лиде-Наташе. Просто вырасти в тереме.
Моя сестрица отвлеклась от игры с рукой дядьки.
— Ничего, Дима — Борис погрозил ей пальцем — ой, Пётр Алексеевич, я рукоделием займусь. Сашка — она взглянула на дядюшку — всегда меня попрекал, что ни шить, ни вязать не умею.
— Вот и замечательно. — Я поднялся. За мной поднялись и остальные. — Хорошо, что мы все одинаково думаем. Пойдемте с Софьей торговаться. И надо матушку предупредить. Надеюсь, новые вселенцы нам ещё больше помогут.
Борис хмыкнул.
— Я бы не ожидал этого, государь. Не все из команды были до конца проверены на совместимость. Может, у кого и крышу сорвать от властных возможностей. — И он уставился прямо мне в глаза. — Ты вот, Дмитрий, вроде пока правильно говоришь, но какие гарантии нам на будущее.
— Спокойно, Вадим, он ведь тоже мой ученик, как и Генерал. — Никита (Олег Александрович) встрял быстрее, чем я смог возмутиться. — Я вполне могу за него поручиться!
Дудыкин (Голицын) лишь кивнул в ответ. Я тогда подумал, что именно от контакта с ним у меня могут возникнуть проблемы. Уже у дверей, я обернулся, тормознув выход нашей компании к людям.
— Ещё одна просьба ко всем. Раз про меня из вселенцев точно знать может только Генерал и Михалыч, то прошу мое присутствие в Петре не раскрывать новичкам. Путь контактируют с тобой князь Борис и с тобой Никита. Так им спокойней будет, учитывая мою "популярность" на проекте.
Глава 12
На выходе нас ждали те Нарышкины, которые смогли пережить позавчерашний день. Главным среди них был дед Петра — Кирилл Полуэктович. Он выступил вперед и с поклоном обратился ко мне.