– Но никаких костров, – предупредил он. – Нам ни к чему давать четтам знать, где мы находимся.
Пока другие спали, он занимался Чарионой. Скачка причиняла ей постоянную боль, и он тревожился, как бы одно из сломанных ребер не повредило легкое или другой орган. Он осторожно уложил ее на землю и дал ей немного воды. Она с благодарностью отпила, а затем находилась где-то между состоянием потери сознания и горячечного полусна. Он знал, что ей нужен отдых, но они не могли позволить себе задерживаться в такой близи от павшего города. Гален в любой миг ожидал услышать боевые кличи атакующих четтов и увидеть град их смертоносных стрел.
Еще до полудня рыцари уже снова ехали, следуя на восток вдоль берега Барды, до предела выматывая своих скакунов. Под вечер Барда завернула на юго-восток. Гален приказал устроить еще один короткий привал, а потом снова ехать в ночь. В первые часы третьего дня бегства он позволил отряду отдохнуть несколько часов, чувствуя, что теперь они находятся в большей безопасности, приближаясь к границам Чандры – территории короля Томара. Тем не менее он постоянно выставлял часовых и выслал вперед разведчиков – посмотреть, не обнаружат ли те чандрийский сторожевой пост или подразделение местной армии.
Длительный привал пошел Чарионе на пользу. Она перебросилась с Галеном несколькими словами и съела немного сушеного мяса. Мысли еще путались, и потому ее не обеспокоило, что Гален показывает Магмеду ее здоровенный синяк и спрашивает его мнения.
– Хороший цвет, – высказался Магмед. – Он желтеет, лиловый в основном только по краям. Она выздоравливает.
Гален согласился и, от сознания этого, а также отсутствия погони, начал понемногу расслабляться. Едва он позволил себе это, накопившаяся за время бегства крайняя усталость свалила его, и он обмяк, уснув как убитый рядом с Чарионой. Магмед снял с себя плащ и накрыл их обоих.
В последующие два дня они продолжали ехать вдоль берега Барды, останавливаясь ровно на столько, сколько требовалось, чтоб дать роздых лошадям, а затем оставили реку позади, двинувшись прямо на восток, к Спарро. Вскоре после этого отряд повстречал первый дозор из Чандры. Им преградили путь десять бойцов легкой кавалерии. Последовали торопливые объяснения, и дозор галопом умчался за подкреплением, на случай, если четты не сильно отстали от рыцарей. По крайней мере, так объяснил Галену командир дозора.
– Да не гонятся за нами никакие четты, – сказал Галену Магмед. – Будь они настолько близко, мы бы все уже стали покойниками.
– Наверное, подкрепления нужны им не из-за четтов, а из-за нас, – согласился Гален.
– С каких это пор король Томар стал с подозрением относиться к рыцарям из Кендры?
– Возможно, дело не в Кендре, – ответил Гален и кивнул на полуспящую в седле Чариону. – Она ведь королева Хьюма, традиционного врага Чандры в течение долгих веков до объединения с королевством.
– Но ведь все королевство воюет! – возразил Магмед. – Наверняка эта мелкая грызня теперь побоку?
Гален пожал плечами.
– В некоторых случаях ненависть бывает слишком застарелой, чтоб так легко отложить ее в сторону.
– Мы должны остановиться, – слабо проговорила Чариона и натянула узду.
Гален сразу тоже остановился, давая рыцарям проехать дальше.
– Что ты делаешь? – спросил он.
– Это Чандра.
– Да. Мы в двух, а может в трех днях пути от Спарро.
– Я не могу туда ехать.
– Ты должна туда ехать. Оказавшись в безопасности в Спарро, ты сможешь набрать армию и отбить свой город.
Чариона закачалась в седле. Гален поддержал ее, взяв за локоть.
– Ты не понимаешь, – сказала она. – Я не могу просить помощи у Чандры. Цена будет слишком высока для Хьюма.
– Слишком высока? – выпалил Гален. – Ты же потеряла Даавис! Какую более высокую цену ты могла бы заплатить?
– Я отвоюю мою столицу без помощи Томара. Соберу под свое знамя собственных подданных.
– Ты не сможешь сделать это из Чандры.
– Именно. Я должна вернуться в Хьюм. К северу от Барды есть деревни и села, где я смогу найти убежище и начать собирать армию.
– Но мы уже в Чандре, – взмолился он. – Неужели ты не можешь побыть в Спарро, пока не выздоровеешь?
Она покачала головой.
– Я же говорила: ты не понимаешь. Дальше я с вами не поеду.
Гален поморщился. Он было подумал, не заставить ли Чариону силой поехать с ним, но кроме возможных политических осложнений, он знал, что такой поступок мог роковым образом сказаться на их дружбе.
«Дружбе? Да мы любим друг друга! По крайней мере, я ее люблю».
И все же его собственный долг представлялся очевидным. В его распоряжении были остатки рыцарей Двадцати Домов, а они понадобятся для защиты самой Кендры, если Чандра тоже падет. Его кавалерия осталась единственной частью в Гренда-Лире, имеющей какой-то опыт сражений с Линаном и его армией. Он не мог лишить Ариву того, что это может стоить для королевства.
К ним вернулся Магмед.
– Из-за чего задержка? Королеве нужно, чтобы кто-то ехал с ней?
– Эта королева никогда не разделит свое седло ни с кем, – сумела пробормотать Чариона.
– Она не поедет в Чандру, – коротко ответил Гален.
Магмед посмотрел на Галена с выражением, ясно говорящим «так позаботься об этом», но дело обстояло не так-то просто. Несмотря на сказанное им Чарионе, он понимал, почему она не желала ехать дальше, и достаточно разбирался в политике, чтобы сообразить, почему отвоевание королевства с помощью Томара может в перспективе оказаться катастрофическим для нее и ее народа. Он открыл было рот, чтоб попытаться объяснить все это Магмеду, а затем резко захлопнул его, внезапно осознав, что не обязан оставаться с рыцарями. Магмед мог проводить его и Чариону, пока не убедится в их безопасности, а потом вновь присоединиться к отряду либо в Спарро, либо, если понадобится, еще южнее.
– Я должен забрать королеву обратно в ее земли, – вместо объяснений сказал Гален. – До моего возвращения рыцарями командуешь ты.
– По-моему, это глупо, – прямо ответил Магмед.
– Ты же всегда считал себя способным командовать. Я видел это по твоему лицу с первого дня, как только мы выехали из Кендры.
– Я ошибался, – признал Магмед. – Ошибался и в тебе, и в Сендарусе. Но сейчас я не ошибаюсь. Рыцарям нужно, чтобы ими командовал ты.
– Нет, – покачал головой Гален. – Им нужен кто-то, достаточно опытный, чтобы брать на себя ответственность за решения. А это ты. Я же отвечаю не только перед рыцарями, но и перед Чарионой. Представь, что скажет Арива, если узнает, что мы бросили на произвол судьбы особу королевской крови после того, как увезли ее в такую даль? Или что заставили ее сделать что-то вопреки ее воле?
Он наблюдал за тем, как Магмед изо всех сил тщетно пытается подыскать какие-то доводы в опровержение его слов – но молодой герцог смог лишь зарычать от досады.
– Возьмите с собой хоть дюжину рыцарей.
– Нет. Рыцари будут нужны все. Да и в любом случае, если на нас нападут четты, дюжина рыцарей лишь предоставит им несколько лишних мишеней. – Он протянул герцогу руку.
Магмед пожал ее не без колебаний, но стиснул крепко.
– Я буду командовать только в твое отсутствие, – твердо заявил он.
– Понимаю.
Гален взял коня Чарионы за узду и стал выбираться из колонны.
– Мы еще встретимся! – крикнул он Магмеду и двинулся обратно на запад.
Через несколько часов рыцарей встретил большой отряд чандрийской кавалерии. Командовал им высокий худощавый мужчина с длинными седыми волосами, верхом на вороном коне, одном из самых грозных на вид, каких когда-либо доводилось видеть Магмеду. Магмед остановил колонну и подождал, пока предводитель отряда не подъехал к нему.