Когда Лувиан вручал ей бокал, он заметил дрожь ее ладоней.
— Нервничаешь? — спросил он.
Не было смысла отрицать, она кивнула.
— Просто помни… — начал он и затих, фейн Дарсия, высокая худая женщина с белой кожей и серебряным мехом вокруг горла могла быть только ею, прошла в комнату. Подведенные черным глаза тут же нашли Печаль. Она улыбнулась и направилась к ней, Печаль и Лувиан поклонились в приветствии.
— Мисс Вентаксис, — сказала северная женщина на раннонском, снова устыдив Печаль в ее нехватке знания языков. — Рада встрече с вами.
— Как и я, — Печаль обхватила протянутую ладонь. — Я много хорошего слышала о вас и вашей стране от посла Стилы.
— Она рассказывала о вас. С любовью. Ей было грустно оставлять вас, но… вы знаете, — она повернулась к Лувиану. — А это… — она замолчала. — Нет, не знаю. Кто вы?
— Лувиан Фэн, миледи, — он снова поклонился и встал, когда она протянула руку.
— Можете звать меня Дарсия, — сказала свартанка. — Вы оба, мы друзья, — Дарсия заказала напиток и ждала, пока бармен его готовил. Он вручил ей густую черную жидкость, что пахла как анис. Дарсия сделала большой глоток и сморщила нос. — Эх, не как дома, — сказала она и протянула Печали.
Печаль сделала осторожный глоток и закашлялась, ее щеки стали алыми, глаза слезились. Жидкость лавой спускалась в желудок.
— Слишком мягкий, — сказала Дарсия. — Слабый и южный. Приедешь ко мне домой канцлером, и я угощу тебя настоящим. Это согревает нашими холодными ночами.
Голос Печали сгорел, она смогла лишь кивнуть. От ответа ее спасла женщина в ливрее, появившаяся на пороге.
— Прошу, следуйте за мной. Ваша карета прибыла.
26
Вкус мании
Зал ассамблеи в главной крепости был огромным, построенным, чтобы впечатлять и вдохновлять, таким Печаль представляла себе храм или священное место. Потолок был высоким, сводчатым, резные опоры выпирали между витражей. Расмус рассказывал, что окна рассказывают историю Адавера и Горбатого моста, и Печаль видела четырнадцать больших цветных панелей с историей, как он обхитрил звезды. Десять больших колонн поддерживало потолок, каждая была обернута белым шелком, что сиял как свет луны, и центр был заполнен круглыми столами, где пройдет первый ужин.
Печаль не видела высокий стол или королевичей Риллы среди болтающих людей, и это поражало ее, пока она не заметила стол в центре. Возможно, правители Риллы сидели среди гостей, словно те были равными.
Слуга показал им их стол, Лувиан выдвинул ее стул, но Печаль не успела сесть, ее плеча нежно коснулась ладонь. Она обернулась и увидела Мэла, улыбающегося ей. Она ответила слабой улыбкой — вежливость не навредит — и его улыбка стала шире.
— Ты пришла, — сказал он. — Я не знал, приедешь ли ты после случившегося. Как ты? Вернулась в Северные болота нормально? Больше проблем не было?
Печаль поняла, что он надпись на мосту не видел. Стоило рассказать ему, что нападение не было концом?
Он продолжил, не дав ей шанса:
— Я спрашивал Арту, не поехать ли нам с тобой, чем больше людей, тем безопаснее, но он сказал, что это будет неправильно. Думаю, порой он забывает, что мы брат и сестра, а не просто соперники.
Раздражение, возникавшее в ней, когда он называл себя ее братом, отсутствовало, но она не успела обдумать это, зазвучали фанфары, и все встали, чтобы встретить королеву Мелисию и ее семью.
Она вошла первой в развевающемся платье из серебра, что показывало изгибы, оставшиеся от беременности, корона сияла на ее голове. Ее супруг, принц Каспар, вошел следом, у него на руках был младенец в зеленом. Милая светловолосая девушка — сердце Печали трепетало — была под руку с Расмусом, и Печаль поняла, что это могла быть его кузина, принцесса Эйрлис, и она была с ним раньше.
Веспус шел в конце, рядом была Афора, женщина, что была на мосту и в гостинице, когда появился Мэл. Печали показалось, что у Веспуса были отношения с Афорой. Судя по тому, как темнокожая риллянка смотрела на него — с гордостью и одержимостью — и как низко лежала его рука на ее спине, лаская открытую кожу, ответ был да.
Мелисия замирала и приветствовала гостей, королевичи медленно двигались по залу, ее лицо сияло, пока она пожимала руки и часто обнимала гостей. Печаль наблюдала за ней, замечала, что она говорила со всеми, и люди сияли после этого.
— Мэл и Печаль Вентаксис, — сказала она мелодичным голосом, добравшись до них. — Благодарю, что вы оба пришли.